— Ты чуть не убил меня!

— Сам виноват! — прикрикнул я на него, отпустив кота и осматривая его «поляну». На полу стояла пластиковая коробка с набором суши и сашими, а по телевизору шёл фильм, в котором с пронзительными воплями скакали ниндзя.

— Нельзя же так врываться! — продолжил возмущаться Пышкин, невзначай орудуя лапкой. Он пытался незаметно затолкнуть под диван ещё одну пока не открытую коробку с едой.

— А ну стоять! — заорал я, грозно нахмурив брови. — Ты как умудрился заказать доставку? И где взял деньги? А?! Отвечай, пока твои яйца ещё не висят в рамочке на стене!

— Тут такое дело, — принялся юлить прохиндей, отводя взор. — Просто у меня сегодня день рождения, а ты забыл о нём…

— Да кому ты чешешь? Никто не знает, когда у тебя день рождения!

— А я вот знаю! — заупрямился кот и с трудом запрыгнул на диван, где сыто развалился, выпятив округлившийся живот.

— Так, ладно, я прощу тебя, если ты расскажешь мне всю правду, — заверил я его. Мне самому было любопытно, как он всё это проделал.

— Договорились, — оживился Пышкин и перевернулся на спину. — Сначала я увидел по ящику рекламу азиатской забегаловки, а потом сделал заказ по домашнему телефону, открыл дверь и положил на тумбочку деньги. И когда пришёл курьер, то я крикнул ему, чтобы он оставил еду в коридоре и забрал деньги. Вот и всё, мяу.

— А где ты взял деньги, комбинатор? — подозрительно уточнил я, сощурив глаза.

— Как где? Из твоих запасов, — нагло ответил Пышкин. — В твоём ящике полно этих шуршащих фантиков.

В этот миг своё веское пафосное слово вставил Тетсуя:

— Вор! Ты обокрал своего хозяина! Позор тебе и всему твоему никчёмному блохастому роду!

— Ничего я не крал! А взял в долг! И Мотя не мой хозяин! Я сам по себе и делаю ему громадное одолжение, что живу с ним! — яростно протараторил кот и утробно заурчал. — И не тебе, ржавчина, говорить со мной в таком тоне!

Клинок, против моей воли, начал наливаться слабым голубым сиянием. Увидев это, Пышкин мигом скрылся за диваном, а я торопливо заявил:

— А ну замолчали оба!

— Я отстаивал твою честь! — гордо заявил нож и следом пробурчал: — Даже несмотря на то, что ты давно не кормил меня и я едва дышу…

— …И чувствуешь вечность, — ехидно вставил рыжий пройдоха, предусмотрительно не показываясь из-за дивана.

— Слушайте меня внимательно! — повысил я голос. — Ты, Тетсуя, скоро получишь душу. А ты, Пышкин, с этого дня садишься на диету и едешь вместе со мной на охоту в Питер!

— Я как-то раз целую неделю сидел на диете. И знаешь сколько потерял? — насмешливо спросил меня кот и, не дожидаясь моего ответа, выпалил: — Неделю!