Анжелика явилась ровно через пятнадцать минут, и Мила позавидовала ее пунктуальности. Поначалу ее рассказ больше сводился к фактам, о которых Мила уже прочитала в архиве. Но чем дольше говорила Анжелика, тем больше Милу затягивало в историю. Виктор оказался очень ярким человеком, и, несмотря на сложную судьбу и непростые отношения с детьми, Мила начала проникаться к нему симпатией.

— Виктор вообще был очень сильным, — Анжелика произнесла это с ноткой печали. — Когда его осудили за нападение на Артура Грема и скормили Тени, он еще год держался.

— Тени? Какой тени? Той штуке, которую источает запертый в подвале в Шамбале богиня Воды?

Анжелика кивнула.

— Это сделано не ради прихоти. Виктор ничего не объяснил судьям. Даже я просила его все рассказать, но он сказал только «я не могу». Мне не удалось расспросить его, он твердо стоял на своем. И на суде ничего не сказал в свое оправдание. Только то, что он не виновен. А тень… Если б он был на сто процентов чист, со временем она бы перестала иметь над ним силу. Виктор продержался целый год, борясь с ней, прежде чем она перехватила контроль.

— Бедный… — прошептала Мила. Ей почему-то очень захотелось поверить, что Виктор был невиновен.

— Он начал пить, срывался на жену и детей. Многие верили, что это временно, что потом Виктор все-таки одолеет тень. Или Лин Вей вмешается и потребует изменить наказание. Но он не вмешался. Даже когда нашли доказательства, что Артур первым напал на Виктора, когда тот гулял с детьми. То есть, это была обычная самозащита.

— А Виктор даже на суде не сказал, что защищался?

Анжелика мотнула головой.

— Нет… Он хранил в тайне все, что был связано с тем днем. Боролся с тенью, ни у кого не просил помощи. А потом… Потом его убили.

Какое-то время они молчали, затем Мила набралась смелости спросить:

— Это стало большой потерей, да?

Анжелика кивнула.

— Он был надежным. К нему можно было обратиться за поддержкой. И вообще, мужик был хороший. Хотя по жизни ему вообще не везло.

— Почему? Я так поняла, что его многие любили. На работе складывалось, и в семье. Ну, пока тень не начала влиять.

— Дети у него хорошие, а вот с женщинами не везло. Поэтому про семью — очень спорное утверждение. Первая жена от него гуляла. Вторая — недолго горевала, когда его не стало. Быстренько выскочила замуж. И тоже за творца.

— За творца? — Мила так громко задала вопрос, что на них покосилась половина посетителей кафе.

— Ага. За Макса.

— За какого Макса? — теперь девушка перешла почти на шепот.

— Ну, какой у нас Макс самый видный в Башне? Вот за него и выскочила.