Разве Лестер Кембел не казался в таком же отчаянии, как и все остальные?
Разве все мудрецы не договорились скрыть новость? Уменьшить вред, который причинят слухи?
Бесполезно. Сейчас подслушивавшие граждане убегают, передавая преувеличенные версии того, что услышали, распространяя яд по цепочке паломников, разбивая объединявший нас ритм.
Однако мы чувствуем в могущественных ротенах блаженное неведение того, что что-то неправильно!
Неужели это и значит быть богом? Не сознавать вреда, который ты причинил?
Инфекция распространяется по извилистой тропе. Песня поклонения прерывается, распадается на множество дюжин встревоженных индивидов.
Теперь с моего/нашего самого высокого кольца мы видим впереди новое беспокойство, оно распространяется с переднего края процессии. Эти две волны тревоги сталкиваются, как волны на бурном озере, перекатываются друг через друга в пене шума.
– Путь перекрыт, – кричит запыхавшийся посыльный, торопясь передать известие по всей цепочке. – Дорогу преграждает веревочный барьер с лозунгами!
НЕТ ПРЕСТУПНОМУ СВЯТОТАТСТВУ
НЕ ПОДПУСКАЙТЕ НЕБЕСНУЮ ГРЯЗЬ
МЫ НЕ ПОЗВОЛИМ НАСМЕХАТЬСЯ НАД ДЖИДЖО!
Это может быть только делом рук фанатиков.
Наш сердечник охвачен раздражением. Какое подходящее время выбрали фанатики для своего выступления!
Мы, мудрецы, должны сами увидеть. Даже Вуббен торопится. И мои нижние сегменты с трудом поспевают за ним. Ро-кенн вдет со спокойным изяществом и кажется невозмутимым.
Но все же, мои кольца, неужели мы видим
Неужели реук способен столько прочесть в чужаке, с которым мы познакомились только сегодня? Или это потому, что у меня один из немногих старых реуков, уцелевших от прежних дней? Или мы увидели это потому, что треки настроены на сохранение внутреннего единства?
Впереди – вызывающие лозунги.
Наверху – на вершинах утесов храбрая (но глупая) молодежь размахивает оружием.
Внизу – Фвхун-дау гулким голосом просит изложить их требования.