— Не такой ты и страшный, как тебя описывали.

Что-то соскользнуло с руки и упало на пыльный пол. Бриг вгляделся в темное пятнышко. Рядом появилось ещё одно пятно, побольше. Потом ещё и ещё. Он с удивлением поднял руку и увидел, что рукав пропитался кровью и она капает на пол. Кровь текла с бицепса, где был вживлен «розовый» артефакт.

Бриг почувствовал резкое головокружение, перед глазами все поплыло. Неимоверная слабость охватила все тело, пальцы на краю пролома разжались, и он рухнул внутрь чердака.

* * *

«Неужели это конец? — пробилась мысль сквозь серую пелену, окутавшую сознание. — Нет. Не может быть. Ведь тогда получается, что все пережитое — бессмысленно. Все мучения, боль, страхи, испытания — все пустое. Можно было даже не покидать „приемочную“ лаборатории, а спокойно умереть рядом с Птахой».

— Бриг… Бриг, очнись!

Доктор Нефедов все никак не успокоится.

— Зачем?

— Нам надо добраться до седьмого сектора.

— Док, не будь занудой.

— Бриг, я приказываю тебе сопроводить меня в седьмой сектор лаборатории.

— Ой, док… — простонал Бриг и открыл глаза.

Прежний красно-черный полумрак. На полу «приемочной» трупы мутантов. Слева у стены погибший Птаха.

Нефедов стоял, опираясь рукой о стол, и смотрел на Брига.

Как ни хотелось, но пришлось подниматься. Приказ есть приказ. Горестно вздохнув, Бриг начал вставать. Сморщился, ожидая резкую боль в потревоженных ранах, но с удивлением почувствовал только неприятное покалывание.

— Док? Что со мной?

Неестественное отсутствие боли вызвало тревогу. Нефедов, видимо, догадался, о чем именно вопрос, и ответил:

— Объясню позже. Давай, веди нас к седьмому сектору.

Не сказать, что Бриг излучал бодрость и здоровье, но чувствовал себя вполне сносно.

Он подобрал автомат и направился к выходу. Перешагнул через размозжённый труп шипастой собаки, бросил прощальный взгляд на мертвого Птаху и негромко сказал доктору: