После гибели лорда-повелителя Стужи часть тварей из ближайшей волны гончих, наседавших на священника, сразу потеряла напор и организацию. Святой отец, на удивление, выжил — на ноги не поднялся, но вновь закрылся крестом, аура которого загородила его от атакующих тварей.

Жить будет, не помрет — решил я, обращая внимание на остальной окружающий мир, выискивая других инферналов, повелителей Стужи. Один из демонов оказался совсем недалеко — причем пришел он сверху, спрыгнув из высоких окон ледяной башни и спланировав сюда на крыльях. Это был не такой авторитетно внушительный, как тот которого я только что разделил на две части, но тоже опасный.

Взмахом рук-крыльев демон наслал полосу ледяной стужи на сотню метров вперед себя, замораживая и превращая в ледяные статуи сразу несколько групп бойцов Коловрата. Лишь несколько из них сумели выжить, закрывшись стихийными щитами. Судя по уверенности наступающего ледяного демона, и им жить им оставалось считанные секунды, но помощь пришла с самого неба.

Ставшей морозной лунную ночь расчертили огненные росчерки — сверху, с воем турбин, практически вертикально на цель заходили сразу два штурмовых конвертоплана. В рукокрылого ледяного демона Стужи оказалось выпущено сразу с десяток ракет. Причем пилоты явно рисковали, сближаясь с противником на минимальную дистанцию. Зачем так рисковали я не понял, тем более что риск оказался неоправданным — демон, перед тем как скрыться в огненном пламени, успел выбросить вверх ледяное копье.

Первый в звене штурмовиков увалился в сторону, а вот второй, ведомый, попал под удар. Несмотря на маневр уклонения, ледяное копье вырвало у машины одно из крыльев. Штурмовик сразу потерял грацию повелителя воздуха, падая вниз завертевшимся кирпичом в окутывающем его клубах черного дыма.

Из корпуса отстрелило два колпака кабины — пилоты катапультировались. Один из них полетел как раз к памятнику Героям Плевны — где снова был я, и куда я уже перетащил православного священника, который в процессе эвакуации от стены Политеха совсем неправославно выражался. Судя по риторике и амбре, батюшка вчера употребил во славу Божию совсем немного Кагора, а сейчас был сильно, совсем не по-христиански зол на нарушивших его тяжелый утренний сон тварей.

Мы со святым отцом в царившей вокруг суматохе познакомиться так и не успели, но уже слаженно работали парой — он аурой креста защищал пространство вокруг памятника, я уже просто уничтожал всех тварей, которых вижу рядом, выкашивая и выжигая тварей вокруг нас. Сюда к нам и приземлился один из катапультировавшихся пилотов. Падение с высоты не особо выбило его из колеи — он был в бронекостюме, и, словно покатившийся по трассе после аварии мотоциклист, довольно бодро вскочил и подбежал к нам через остатки огня, на ходу доставая из набедренной кобуры компактный пистолет-пулемет.