Светлый фон

Тем временем, наше появление заметили и в лагере. Легионеры, оставленные нести вахту, забили тревогу. Над городом пронесся рев рога. Стальной легион зашевелился, словно туша павшего буйвола, облепленная прожорливыми муравьями.

Я улыбнулся. Все идет по плану. Можно было напасть тихо и уничтожить всех этих вояк одним махом, но я преследовал другие цели. Мне нужно было отвлечь Стального короля и Альрака от гномов. Дать Галлии и Грамнеру, защищающим древний источник, передышку. Пусть враги подергаются. Разделят силы. А если повезет, то выберутся на поверхность, чтобы наказать дерзкого мальчишку. Тогда у Галии появится еще больше времени.

Кроме того, я не хотел тратить энергию на мощные заклинания. Пусть с фрадийцами разбираются големы. Не зря же мы столько ресурсов вбухали в них. Заодно испытаем их в бою. А энергию надо экономить. Интуиция подсказывает мне, что очень скоро мне могут понадобится все мои запасы. В противостоянии с такими противниками, как Эгберт и Альрак, исход схватки может зависеть даже от самой маленькой капельки маны.

Дождавшись, когда все големы выберутся из портала, я деактивировал арку и произнес:

― Начинай.

― Да, мой господин, ― ответил Смельчак и первый ряд бронзовых гигантов слитно дернулся. А в следующее мгновение мой легион пришел в движение и сплошной волной покатился в сторону лагеря.

Фрадийские командиры каким-то образом умудрились выставить первую стену щитов. Правда, она была неказистая и хлипкая. Большая часть людей не успела даже как следует одеться, не то что выступить в полном доспехе.

― Все равно не понимаю, ― буркнул Смельчак, наблюдая за тем, как бронзовая волна неумолимо накатывает на хлипкую защитную стену фрадийцев. ― Неужели нельзя было потерпеть до окончательной победы?

― Люди ― не големы и не умертвия, ― ответил я. ― Они устают. Их дух падает. Они уже очень долго сражаются с гномами. А те, как ты понимаешь, стоят насмерть за каждую пядь своей земли. Эгберт посчитал, что для прикрытия тыла хватит и двоих первородных великанов, да нескольких сотен некроморфов. А слабые люди пусть пограбят город. Так он хотел предотвратить массовое дезертирство, а в будущем и потенциальные восстания, которые могли бы вспыхнуть по всей Фрадии, а затем и по всей империи. Вспомни, в исторических книгах затяжные войны именно так и заканчиваются. Плюс Шитанг ведь наверняка воспользуется моментом и начнет мутить воду. Эгберт хочет вернуться домой героем-победителем, а не палачом и усмирителем народных волнений. При всем его могуществе, он конечно справится со всеми жителями империи, но тогда придется превратить половину континента в руины. А это невыгодно. Он уже считает себя императором. Хозяином. А ведь плох тот хозяин, который вместо того, чтобы аккуратно уничтожить осиное гнездо, разносит почти весь свой дом. Эти легионеры могут стать как осиным гнездом, так и надежной опорой его власти.