– Я убила Филлис, – призналась она.

Воцарилась тишина. У Ниргала похолодели руки. Неожиданно он догадался, что каждый из их компании испытывает неловкость. Единственная женщина среди них была убийцей. Кроме того, было нечто странное в том, что сейчас все они, в том числе и сама Майя, явно не находили себе места.

Майя вскочила с сиденья, полная презрения к их робости. Их мир пошатнулся после слов Майи, понял Ниргал, глядя на лица соратников. Похоже, они думали, что она сделала что-то страшное, совершила примитивный, инстинктивный, чисто биологический поступок. Нелогичный и неразумный акт.

Майя смотрела на них сверху вниз, презирая их ужас, глядя на них с враждебностью орлицы.

Наконец Койот шагнул к ней и поднялся на цыпочки, чтобы чмокнуть в щеку. Она не сводила с него изумленного взгляда.

– Ты правильно поступила, – пробормотал он, пожимая ее руку. – Ты спасла нашего Сакса.

Майя отшатнулась от Койота.

– Мы взорвали пыточную комнату, в которой они мучили Сакса. Пока не могу сказать, удалось ли нам повредить видеозаписи. Вероятно, нет… И они знают, что Сакса кто-то освободил. Поэтому нам рано радоваться. Они придут за нами и, конечно, не с пустыми руками.

– Вряд ли они сумеют похвастаться чем-то стоящим, – встрял Арт. – Мы где-нибудь затаимся, и они нас никогда не найдут.

– Заткнись! – бросила Майя.

– Ладно… Но ведь если они про вас знают, вам ведь больше нет нужды скрываться, верно?

– Мы снова в деле, – проворчал Койот.

Они целый день ехали на юг, поскольку пыль, поднятая ветром, скрывала их от спутников на орбите. Обстановка накалилась. Майя пребывала в черной ярости, с ней невозможно было разговаривать. Мишель сдерживал ее, обращаясь с ней аккуратно, как с неразорвавшейся гранатой. Он постоянно пытался сфокусировать ее внимание на конкретной проблеме, чтобы она могла забыть о той ночи. Но Сакс, который лежал на кушетке в жилом отсеке марсохода и всеми своими синяками напоминал пришибленного енота… нет, забыть о нем было совсем непросто. В конце концов, Ниргал начал часами сидеть рядом с Саксом, положив руку ему на грудь или на макушку. Но Сакс не просыпался. Даже без черных кругов вокруг глаз Сакс уже мало походил на прежнего Сакса Расселла, которого Ниргал знал ребенком. Ниргал испытал шок, увидев столь явные следы физического насилия. Они служили доказательством того, что во внешнем мире у них давно появились лютые враги. А в этом Ниргал как раз и сомневался в последние годы. Вид Сакса и пугал, и причинял боль: оказалось, что их противники способны изуродовать любого, кто встанет у них на пути! Они творили подобные вещи, причем на протяжении всей истории, точно так, как сообщали неправдоподобные отчеты! Зря Ниргал не верил в это… А теперь и Сакс стал одной из миллионов жертв.