— Вы владелец машины?

— Он самый. Все документы в порядке, страховка, техпаспорт, а все изменения в дизайне и в начинке — там отражены. А что, что-то случилось?

— Скажите, э-э-э… Станислав. Где вы находились сегодня ночью примерно между двумя и четырьмя часами?

— У друзей, на днюхе был.

— На машине?

— Нет, конечно. Я хоть и не пью, но там такая компашка, что я «Криса» стараюсь держать от них подальше.

— Криса?

— «Кристофер» — так я машину назвал. В честь брата. Он погиб полтора года назад. Собственно, раньше это его тачка была, там в документах все написано…

— И кому вы вчера давали свою машину?

— Да никому. Она уже третий день в гараже стоит — все с подвеской колдую.

— Не на ходу?

— На ходу, но пока никуда не езжу. Вон, сами посмотрите: на ней ни пылинки, полный бак.

— Мокренко, — полицейский махнул рукой одному из своих коллег.

И тот тут же принялся осматривать машину со всех сторон. Особенное внимание он уделил левому крылу, правой фаре, капоту и лобовому стеклу. Даже под днище заглянул.

— Окошко можно приоткрыть? — попросил он, повернувшись к хозяину машины.

— Да пожалуйста. Тонировка заводская, если что. А фары я уже поменял….

Стас вытянул руку с брелоком и едва не выругался.

К счастью, никто и не заметил, что стекло начало опускаться вниз за секунду до того, как палец паренька надавил на кнопку.

— Полный бак! — объявил полицейский, обернувшись.

— Как заправился, так сразу в бокс и загнал, — пояснил Стас, — Теперь вот подвеску уже какой день курочу, — пнул он столик с лежащими на нем деталями и инструментами, — Хочу вместо американца что-нибудь помягче из немцев поставить. А то на «Спорте» каждая ямка по копчику херачит. Даже нормальная резина не спасает.