— Старший, если играть твоя не хотеть с пленной. Может Старший отдаст пленную поиграть анунакам.

— Нет, Гена не дам, с едой не играют.

Подыграл я ему.

— Ну, ну. Посоревнуйтесь в остроумии.

Я уж не знаю как, но Варя нас раскусила.

— А что ты на четвереньках от культурного ящера убегаешь?

— Есть причины. Мать они у меня убили.

— Соболезную — Сказал Гена, а потом добавил. — Ваши тоже много наших матерей погубили.

— Ну ладно, ты хотела что-то спросить.

Прекратил я их распри, а то новую войну устроят.

— Да нечего спрашивать, и так ясно. Пошли клятву давать, пока я не передумала.

— Пленные построены в столовой.

Доложил Гена.

Мы торжественно вошли в столовую, где совсем не торжественно были выстроены члены экипажа захваченного судна. Побитые, скованные силовыми наручниками, они стояли подбадриваемые энергетическими бичами анунаков. Но бодрости и торжественности у них не было всё равно.

Проходя мимо того грузного мужика, которого я принял за капитана сначала, того самого который обещал обрезать пальцы капитану курьера. Варя пристально посмотрела на него, задавая немой вопрос. Тот отрицательно качнул головой. Варя чуть задержалась, но всё таки пошла за мной.

— И так господа, ваш капитан решила присягнуть мне на верность.

— Не делай этого.

Сказал всё тот же мужик. Ближайший ящер двинулся в его сторону, чтобы огреть говорливого бичом. Я жестом остановил его. Похоже, этот мужик и есть тот самый опекун, который приставлен отцом Вари следить за ней. Возможно даже команда предана именно ему, а не капитанше.

— Почему?