«Внимание! Ваш персонаж смог выжить в ситуации, когда любой другой бы умер».

«Внимание! Навык „берсерк“ вашего персонажа достиг 2 уровня».

Ну ни хрена себе! Оказывается, чтобы качать берсерка, надо получить знатных трындюлей и не окочуриться! Буду знать, хотя вряд ли буду качаться подобным образом.

Отчего-то я не сомневался, что любому своему новому персу я тоже смогу прокачать «берсерка». В конце концов, уже опыт есть, Гор ‒ это третий персонаж, которого я удачно «трансформировал».

Меж тем я дополз до какого-то оврага и попросту скатился вниз.

То ли неудачно скатился, ударившись, то ли у Гора кончились силы. Как бы то ни было, все вокруг снова стало черным, и появилась надпись:

«Персонаж недоступен. Оставшееся время до восстановления контроля: 8 часов. Шанс выживания персонажа: 87 %»

Ну вот! Сделал все, что мог, и вполне доволен результатом. Текст сообщения коренным образом отличался от того, что диктовал мне Древень.

Персонаж снова отключился и недоступен, но зато теперь у нас не «возможное восстановление контроля», а просто «восстановление контроля», да и время ожидания существенно сократилось. А самое приятное — процент выживания. Почему-то я не сомневался, что Гор оклемается. 87 % все-таки. Это 1 шанс из 10, что все же отбросит ласты. Но, думаю, обойдется.

Я вылез из капсулы и радостно сообщил обо всем произошедшем Древню.

Оказалось, пока я ползал по Агдиру, в лабораторию успели подтянуться Владимир Григорьевич и Семен.

— Так, с Гором понятно, — отмахнулся ученый, — с тобой что случилось?

Я коротко изложил свои злоключения, не забыв упомянуть и то, что видел Гукова.

— Чушь! — поморщился ученый. — Юрий Иванович меня уверил, что у Гукова нет капсулы. Да и вообще, к «Норхарду» он больше никаким…

— Владимир Григорьевич, вы считаете, что я свихнулся? Что я это все придумал? Есть логи, которые, впрочем, наверняка подчищены. Но я видел то, что видел! Я даже специально его спровоцировал — это однозначно был Гуков. И Холодов-младший, к слову, там тоже был.

— Ладно, давай СБ вызывать. В конце концов, это их работа.

Ждать Юрия Ивановича пришлось около получаса. Когда он заявился и уселся на диван, выслушал всю мою историю, то ни один мускул на его лице не дрогнул.