– А что, законники так вот просто стояли и смотрели? Ну, как дети забираются под их корабли, как собирается толпа, как над их крейсерами зависают блокирующие взлет флаеры… – удивленно перебил подчиненного Тишкин.

– Нет, сэр! – немного виновато отозвался старлей. – Как только первые детишки полезли под дюзы, они послали к ним своих спецов. Ну… мы как раз были рядом… и вмешались…

– «Мы» – это кто? – поинтересовался майор.

– Мы – это я, дежурная смена и полтора десятка Демонов первой и второй очереди, сэр! – Запираться Костин не стал. – Я понимаю, что превысил свои полномочия, но считаю, что арестовывать этих ребят – гораздо большее преступление, чем те, которые им инкриминируют!

– Вы готовы пойти под трибунал? – криво ухмыльнулся Тишкин.

– Так точно, сэр!

– Тогда… выражаю вам благодарность… Рассказывайте дальше…

Сообразив, что пока ни трибунала, ни отстранения от выполнения служебных обязанностей не намечается, Костин заулыбался:

– В настоящее время на Базу прибыло более двенадцати миллионов человек. В радиусе десяти километров от входа сплошной ковер из брошенных как попало флаеров. Те, кто решил не садиться – висят над космодромом. По оценке текущего трафика в ближайшие четыре часа здесь соберется еще как минимум столько же. По приказу генерала Ридли начато развертывание полевых лагерей со всей необходимой инфраструктурой. Кроме того, к процессу обеспечения нормального пребывания на космодроме такого количества людей уже подключилась мэрия Блеквуда и столичное управление полиции. Кстати, с минуты на минуту ожидается прибытие президента. А вы далеко от штаба, сэр?

– Подхожу ко второму посадочному квадрату…

– Боюсь, поднять флаер, чтобы вас подобрать, я не смогу… – мотнув головой куда-то вверх, вздохнул Костин. – Так что вам придется пробиваться сквозь толпу самостоятельно. Ловите пеленг, сэр…

…Удивительно, но проделать три четверти пути до крейсеров Министерства юстиции Тишкину удалось без всяких проблем: несмотря на то, что собравшиеся вокруг них люди пребывали не в лучшем настроении, на отношении их друг к другу это не сказывалось. Услышав просьбу подвинуться, большинство делало шаг в сторону, давая возможность майору пройти. И тут же продолжало прерванный на полуслове разговор. Правда, как только над толпой возникла голограмма лица господина Элайи Фарелла, продвижение Тишкина замедлилось: люди превратились в слух и перестали реагировать на что-либо, кроме слов обратившегося к народу президента:

– Уважаемые жители планеты Лагос! Друзья! Я счастлив, что несмотря на тяготы и лишения, вызванные непрекращающейся войной с Циклопами, вы продолжаете оставаться настоящими людьми. Не утратили способности сопереживать. И все еще полны чувством благодарности к тем, кто своим потом и кровью закрывает вас от страшного врага…