— Конфедерация — это не только председатели КПС, министры и их заместители! — возмутился Гарин. — Здесь полно достойных людей.

— Простите, что перебиваю, полковник, но назовите мне хотя бы одного человека, которому доверяет вся ваша система! Человека, с кем можно иметь дело и который думает не о себе, а о простых людях!

В эфире установилась мертвая тишина. Потом кто-то кашлянул и неуверенно пробормотал:

— Железная Стелла… Стелла О’Лири, сэр!!!

— Кто? — искренне удивился Роммель. А потом повторил тот же вопрос в ПКМ: — Стелла — это же Сеппо Нюканен? Он же был на Ньюпорте!

— Железная Стелла! Представитель Ротанза в КПС! Политик, который не побоялся прилететь на Октавию и который на свои деньги арендовал пять транспортников и три наливняка.

— Он самый, — усмехнулся Харитонов. — Один из самых сильных политиков Конфедерации. Великолепный аналитик и организатор. Человек, который умеет работать в команде, никогда не нарушает своих принципов и… испытывает к нам чувство искренней благодарности за спасение его сестры от «Мозголомки».

— Чувство искренней благодарности — это еще не порядочность!

— Если бы не он, через пару недель у КПС появился бы новый председатель. Причем навечно. А наше противостояние вышло бы на новый уровень…

Роммель замолчал. Потом снова вышел в эфир и обратился к полковнику Гарину:

— Удивительное — рядом! Надо же, политик, который остался человеком! Что ж, я жду ее на своем корабле, скажем, через два часа.

— Она будет, сэр!!!

Попрощавшись с Гариным, Роммель вернулся к прерванному разговору:

— Ну и как ты собираешься его контролировать?