Но сейчас ей было не до того. Сердце бешено колотилось в груди, голова кружилась, кровь стучала в ушах, подгибались ноги.

Калитка так и не открылась. Бродяжка что-то еще выкрикнул напоследок и отвернулся от ворот. Огненный столб был совсем близко, жар облизывал лица горячими языками, воздух дрожал, раскаленный прибой бил в стену Цитадели.

– Надо бежать! – крикнул оборванец, дергая Ирму за рукав.

– Не могу, детка! – Всхлипнув, женщина повалилась на колени и ухватилась за едва прикрытые драной тканью костлявые худые плечи. – Не могу, ноги не держат! Старая я!

Дышать стало уже совсем нечем. Оборванец прижался к Ирме, а та прижалась к нему, и волосы на головах обоих приподнялись, треща в потоках жара, который уже начал жечь глаза. Ирма зажмурилась.

Протянувшийся с небес столб дрогнул. Еще несколько мгновений поток огня опускался, лишившись верхней части, будто колонна из пламени, дробясь у основания круговым валом сверкающих огненных брызг, – а затем пропал.

Ирма открыла глаза, часто моргая обгорелыми ресницами. Площадь перед Храмом рассекал уродливый черный шрам, прямой и широкий. Несколько зданий на краю стали кучами пепла, в который обратились древние кирпичи, дерево, даже бетон. И второй шрам появился над головой – в сплошном облачном слое зиял разрыв, а в нем голубело небо.

Ирма сказала хриплым шепотом:

– Спасибо тебе. Ты мне жизнь спас, слышишь? Спас тетку. Растерялась дура старая, спужалась… А ты спас меня.

– То правда, – откликнулся бродяжка, драным рукавом вытирая маленький курносый нос. – Есть за что спасибковать. А от не найдется ли у тебя чего пожрать? Три дня не емши, в брюхе уже печет.

– Пойдешь со мной? – спросила Ирма. – Накормлю.

– Куды идти? – деловито, но с легкой опаской осведомился он.

– Я в башне живу. В клане башмачников, слыхал? Тебя там не обидят, я жена вожака клана. Как тебя звать, сыночек?

– Сыночек? – удивилось это облаченное в лохмотья, босоногое, взлохмаченное, с живыми блестящими глазами чумазое существо. – Какой я тебе сыночек, тетеха? Я – Живка! Девочка я!

Глава 23

Глава 23

Ну где же все? Мирч, Баграт? Сидя у скалы, Ежи смотрел на бегущую по циферблату секундную стрелку. Губы секретаря шевелились, он вел отсчет, боясь пропустить момент, когда надо поджечь шнуры. До взрыва оставалось меньше двух минут.

Не выдержав, Ежи поднялся и заглянул в проем, где когда-то стояли ворота. На лестнице было пусто. После того как сухо протрещал автомат Мирча, внизу повисла тишина.

Секретарь повернулся к равнине.

– Никодим! – Ежи помахал рукой, и монах, пытавшийся успокоить занервничавших ящеров, повернул голову. – Сюда давай!