Но вот когда мы уже вполне оправились после ранений и вновь заговорили, что неплохо бы наконец добраться до Кале, запыхавшийся посланник бургомистра, без стука ворвавшийся в королевские покои, тяжело дыша, сообщил, что по дороге, ведущей в город, движется большой отряд.

– Это сэр Джон Уилби! – победоносно обведя взглядом присутствующих, оповестила нас Елизавета. – А с ним мои доблестные англичане! Идемте же, господа, поприветствуем героев!

Как я уже говорил, Маольсдамме – крошечный городок, а потому уже спустя несколько минут мы стояли на городской стене, всматриваясь туда, где подымалось большущее облако пыли. Такое большое, что маячившиеся неподалеку мельницы, казавшиеся огромными вентиляторами, были не в силах его разогнать.

– Господин бургомистр! – Горделивая Диана повернулась к верзиле, успевшему к своим тридцати пяти годам отрастить авторитетную емкость для переработки пива. – Клянусь, я не забуду той великой услуги, которую вы и все горожане славного Маольсдамме оказали мне! Моя благодарность…

– Не будет знать границ в рамках разумного с двадцати четырех ноль-ноль до ноля часов каждого тридцатого февраля любого прошлого года!

Я невольно обернулся к адъютанту, спеша одернуть его за вопиющее непочтение к монаршей особе. Однако, похоже, в эту минуту придворный этикет волновал его не более чем антарктического пингвина виды на урожай клубники в Шропшире.

– Мой прынц! – со своим непередаваемо гасконским акцентом продолжил шевалье д'Орбиньяк, не отрывая глаз от горизонта. – Шоб я так жил! Скажи мне, как большой знаток всяческих веселых картинок, львы и башни крест-накрест на флаге означают то, шо я думаю?

Мое скорбное молчание лучше всяких слов ответило на прозвучавший вопрос.

– Ну тогда, блин, от всей души поздравляю вас, ваше величество! – Остроглазый Лис склонился в насмешливом поклоне. – Доблестный сэр Джон ведет отряд под испанским знаменем.

* * *

Маольсдамме – маленький городок. Каналы, идущие вдоль улиц, бороздят многочисленные лодки, заменяющие в этих местах большую часть наземного транспорта. Горбатые мостики, перекинутые через каналы, подобно каменным скобам намертво вбитые в болотистые берега сваями, скрепляют разрозненные ломти хлипкой голландской земли в единое целое. Некогда являясь вотчиной баронов Ван дер Хельдерн, поселок рос вширь, отвоевывая все новые земли у океана. Большинство домов, в которых проживало трехтысячное население этого местечка, гордо несло свои два этажа над каркасом из вбитых в морское дно деревянных клеток, заполненных камнями и накрытых сверху дерном.