Я наклонилась погладить удивительного сокамерника — кончики пальцев коснулись серых перьев… На мгновение гусь замолчал и зажмурился от удовольствия.

— Ты… правда потерял хозяина? — посочувствовала я.

— Густав, — представился гусь. — Так меня звал Уолтер. Не потерял. Его похитили! Самым наглым образом, но меня и слушать никто не хочет. Бездари! Штаны тут просиживают, а работать — кто будет?

Неожиданно Густав смолк. В коридоре вновь появился полисмен, на этот раз в сопровождении незнакомого мужчины. Серый неприметный камзол, растрёпанные волосы собраны в хвост и перевязаны кожаным шнурком, узкое лицо, хищные черты, алая полоска свежей раны на острой скуле.

— Вставайте! Мисс Лоури и мистер Инкогнито, за вами пришли!

Поймала настороженный взгляд Фрэнсиса. Никто не знал, что мы здесь.

Зазвенели ключи, заскрежетал замок — дверь со скрипом отворилась. Нам бы радоваться неожиданно обретённой свободе, но мы с мажордомом продолжали стоять на месте.

— Хотите остаться? — полисмен сплюнул жевательный табак под ноги.

— А как же… обвинения? — робко спросила я.

— Все сняты, — нехотя сообщил он, стараясь не смотреть на мужчину, стоявшего рядом. — Вы это, мисс…осторожно ножками-то по соломе… Грязно там, давайте ручку я помогу.

Первым оживился Фрэнсис, гордо расправил плечи и направился к выходу. Я рванула было следом, но неожиданно почувствовала, как подол платья зацепился за что-то, мешая идти… Опустила голову — Густав ухватил клювом юбку…

— Меня, меня забыли! — загоготал он.

Мгновение колебалась, но потом решительно заявила, подхватывая птицу под мышку:

— Гуся тоже берём!

Вопреки ожиданиям, пернатого нам отдали сразу и без сожаления. Никто и не думал останавливать — все были только рады избавиться от крикуна.

— Мало мне умертвия в Растер-холле, так она ещё и полоумного гуся решила притащить, — ворчал дворецкий. — У меня званый ужин на носу! Я же вместо того, чтобы контролировать декораторов, торчал в…стыдно признаться, где! В приличном обществе таких слов даже не упоминают!

— Фрэнсис, я уверена — вы всё успеете. С вашим-то опытом и талантом… Приём пройдёт великолепно, вот увидите.

— Ой, лиса, — голос толстяка смягчился, а губы расплылись в чуть заметной довольной улыбке. — Ладно уж, я не сержусь.

Несказанно обрадованные свободе, мы вприпрыжку бежали из камеры, и лишь выйдя на улицу, сообразили поинтересоваться — кому, собственно, обязаны чудесным спасением.

— Милейший, вы представитесь? — Фрэнсис посмотрел на незнакомца.