Разумеется я пытался найти этого гада, но Подорожный уж очень хорошо прячет свой самый сильный козырь. Одарённого, владеющего силой ветра и практикующего быстрый бой. Работает Дикий двумя мечами-артефактами, а значит, он амбидекстр. Неприятный противник. Именно этот человек и помог в своё время закрепиться Подорожному в организации. Среди улиц даже ходят слухи о том, что Дикий в одиночку убил трёх одарённых настолько быстро, что те не успели понять, как умерли.

Интересно, а моя печать Концентрации насколько замедлит его?

Хотя… Без разницы. Он всего лишь человек. Всего лишь цель, которая умрёт. Рано или поздно, я приду и за ним.

Открыв крышку кастрюли, я перемешал ложкой выкипающий рис. Увидев, что вода вся испарилась или впиталась, я выключил конфорку, вытерев руки об фартук.

Так… Как там дальше? Ах да…

— Мы будем помнить наставления, что вы давали нам не раз, не два. И к знаньям наше отношение серьезней будет сквозь года, — продолжил я напевать, подойдя к столу и взяв в руки огурец с ножом. — Продолжим мы образование, поступим в колледж, ВУЗ, туда, сюда. А вам мы скажем на прощание: спасибо вам. Спасибо вам…

Ловко нарезав салат в большую миску, я взял стоявшую рядом полуторалитровую бутылку с вязкой, тёмно-жёлтого цвета субстанцией внутри.

Откупорив крышку, я поднёс нос к горлышку и, закатив глаза, вдохнул блаженный и очень приятный мягкий аромат приготовленной горчицы.

— Долго же я искал тебя, — широко улыбнулся я, заливая салат горчичным маслом, которое продавалось лишь в одном магазине этого города-мегаполиса.

Унюхав незнакомый запах, мохнатый с ловкостью кошки и грацией картошки залез на стул, после чего сунул свою харю в миску с салатом.

— Ты такое есть не будешь, — отодвинул я его, на что получил жалобный рык медведя. Вытянув лапы, он пытался достать до миски, пойдя на принцип. — И не проси! Вон, — указал я кивком на недоеденную курицу в его «тарелке». — Ты ещё это не доел, а уже к другому тянешься.

Фыркнув, мохнатый обречённо упал на стол и стал смотреть, как я мешаю салат, попутно посыпая его солью.

Закончив с готовкой, я положил ужин в тарелку, а после открыл бутылку дорого вина и налил себе бокальчик, устраиваясь на стуле.

— Ну, приятного аппетита, — махнул я вилкой сидящему напротив мохнатому, получив в ответ тихий фырк.

Но, только я подцепил кусочек жаренной и вкусно пахнущей курицы, источающей аромат соевого соуса, до моих ушей донёсся звонок в дверь.

Поморщившись, я вздохнул и, поднявшись, подошёл к двери.

— Похоже, поужинать в тишине мне не дадут… — пробормотал я, открывая.