Боб просканировал все дерево взаимосвязей раздела конфликтов. Он закопался глубоко и потерял счет указателям. Папы не было видно. Странно, я был уверен, что он окажется замешан в этой затее с «Библиотомой». Не то чтоб это послужило бы серьезным аргументом для отвода. Он, пожалуй, слишком распыляется, обычная проблема командующих офицеров с широкими…

Сю Сян?

Имя смутно знакомое, но оно не привлекло бы его взгляда, если б не соседство с ним его собственной фамилии. Сян из тех, кто еще любит поиграться с железками; таких примерно триста тысяч на Юго-Западе США. Большая часть этих забав, конечно, незаконна, и энтузиастов запросто могло бы сцапать ФБР. Но куда перспективнее просто следить за ними. В основном безобидные хоббиологи или читеры интеллектуальной собственности. Кое-кто – марионетки террористических культов. А кое-кто – головастые аналитики, стоящие за этими культами. Интеллект и навыки Сян позволяли заподозрить ее в последнем, но пока в ее досье не было ничего особенно интересного, кроме игрушек, которые она соорудила сама: эдакая постоянная выставка диковинной электроники. А на одном из предметов она была одноклассницей папы. Эту связь пометили как ненадежную.

Но вот и отсылка к дому престарелых «Конец радуг»… да эта Сян – соседка мамы! А он-то все это время переживал, что маме там скучно живется. Ну и командочка: безумная ученая и мама-шринк, и… а это еще что такое? Неделями мама и Сян шпионили за папой через самодельные устройства. Десяток гипотез полыхнул в его мозгу, и… Задание, задание, помни про задание. Он решительно отстранился от личных проблем. В принципе, это лишний раз доказывало, как глупо ставить на вахты местных.

Боб соорудил себе еще кофе и вернулся к осмотру университета Сан-Диего вместе с прочими горячими точками этого вечера. В современной армии потерять концентрацию – грех не меньший, чем раньше сон на часах. Пора встряхнуться.

Но слабый внутренний голосок продолжал старательно отвлекать его:

Господи, что же затеяли мама с Мири?

Понедельник, пять часов вечера. Наконец-то.

Сумеречное небо над берегами Ла-Хольи еще не утратило красок, когда Роберт прибыл на кольцевую развязку у лектория имени Варшавского. Оттуда он двинулся пешком на восток, к Библиотеке имени Гейзелей.

– Готов к великому вечеру, приятель?

Это Незнакомец-Шариф проявился рядом. Встречные, кажется, не воспринимали зеленокожего компаньона.