Он просил уточнить, какими способностями можно оперировать? Я щедро отсыпал все, что захочет. И нуль транспортировку? Да – на! И ментальное воздействие? Да, запросто! И сверхинформированность. И вообще, давай это будет гаджет, что доставляет тебе все, что попросишь. Назовем его Линия Доставки.

И разошлись. Я сел писать две первые главы, он работать. Я взял его в качестве прототипа ГГ. Добавив ему свою армейскую историю. А в качестве реальности взял нашу учебу на втором курсе института. Потому что это было предложение ГГ. Он сказал, что восемьдесят шестой – ключевой год. Ну, ему виднее.

В книжке описаны совершенно реальные люди, события, и истории, что случались с нами тогда. Имена-фамилии изменены, ясно дело. Реальный полет в самолете ССО Юность из Омска в Ленинград. С курением. И описан совершенно реальный поход меня и ГГ в ресторан «Белая Лошадь», что на Чкаловском проспекте Петроградской стороны. Правда в августе восемьдесят пятого. Но заказ и текст разговора с официантом – совершенно аутентичны. Прототип главного героя тогда учил меня правильно посещать рестораны и вести себя с официантами. Ценник на двух человек был тридцать девять пятьдесят, потому что всего было взято вдвое больше чем в книжке. Эта цифра намертво втатуировалась в мозг. Потому что прототип другого героя этой книжки, Ефрем, устроил скандал. И заставил меня приклеить счет из ресторана на стену. Над моей кроватью. Чтобы я всегда помнил, сколько пива мы могли выпить.

Ну и в остальном – так же. Гаишник на Суворовской площади обвинил меня в фальшивых правах. А в багажнике лежала полная сумка алкоголя, только что купленного в Березке на Василевском. Автомобиль был только не Жигули, а Волга ГАЗ 21. И было это в Октябре восемьдесят шестого.

Косяков всего два. Это я почему-то, непонятно почему, назвал Царское Село – Красным. И почему-то получилось так, что долги по ленд-лизу – девяноста четыре миллиарда. Извини меня читатель.

Конечно – Царское. И конечно же долги по ленд лизу – семьсот двадцать миллионов. А девяносто четыре миллиарда – это задолженность СССР на девяностый год.

Что касается грамотности. Я каждую главу писал где-то за час. Прямо из головы, так что не взыщите. Запятые сползают при выкладывании – я ни при чем.

Отдельно упомяну пирожки на Балтийском. Они продавались в двух местах. Между вокзалом и метро стояло несколько теток, что торговали пирожками по десять копеек. А в месте, что сейчас называется Балтийский Дворик, торговали пирожками, сделанными на Американской Пирожковой Машине (с). Так говорила продавщица. Они были крупнее всех виденных мной раньше пирожков. Размером с небольшое полешко. Я такие же потом видел в Лос-Анджелесе. Но с тунцом. Гадость. Торговали ими меньше года. Потом перестали. А вот цена – забылась. Мне кажется, что восемнадцать копеек. А ГГ орал мне что двадцать две, ты что не помнишь, что мороженое можно было взять или пирожок? Ну, написал двадцать.