Какъ-бы то вы было, но экипажъ Forward'а, прежде чѣмъ дойти до этой ужасной катастрофы, перенесъ тысячи мученій и страданій, но тайна его бѣдствій вмѣстѣ съ никъ навсегда погребена подъ полярными снѣгами.

– Пойдемъ, пойдемъ! – вскричалъ докторъ.

И онъ увелъ своихъ товарищей далеко отъ мѣста катастрофы. Чувство ужаса придало имъ мимолетную энергію и они тронулись въ дальнѣйшій путь.

XXVII. Эпилогъ

XXVII. Эпилогъ

Съ чему распространяться на счетъ бѣдствій, которымъ безпрерывно подвергались оставшіеся въ живыхъ участники экспедиціи? Сами они не помнили подробностей тѣхъ восьми дней, которые прошли со времени ужаснаго открытія остатковъ экипажа Forward'а. Но 9-го сентября, по какому-то чуду энергіи, путешественники находились близь мыса Горсбурга на Сѣверномъ Девонѣ.

Они умирали отъ голода. Сорокъ восемь часовъ они ничего уже не ѣли и ихъ послѣдній обѣдъ состоялъ изъ мясаихъ послѣдней эскимосской собаки. Бэлль не въ силахъ былъ идти дальше, а старикъ Джонсонъ чувствовалъ крайній упадокъ силъ.

Они находились на берегахъ Баффинова моря уже отчасти замерзшаго, на пути въ Европу. Въ трехъ миляхъ отъ берега, свободныя волны съ грошомъ дробились объ острыя грани ледяныхъ полянъ,

Необходимо было ждать сомнительнаго прохода китобойнаго судна. И сколько времени пришлось-бы ждать?…

Но Провидѣніе умилосердилось надъ несчастными, потому что на слѣдующій день Альтамонтъ ясно увидѣлъ въ отдаленіи плывшее судно.

Извѣстно, съ какими тревогами связано появленіе на горизонтѣ корабля, съ какими опасеніями и надеждами! Корабль, повидимому, то удаляется, то приближается. Что за томительные переходы отъ надежды въ отчаянію! И нерѣдко случается, что въ ту минуту, когда потерпѣвшіе крушеніе считаютъ себя спасенными, замѣченное мелькомъ судно удаляется и скрывается подъ горизонтомъ.

Докторъ и его товарищи извѣдали всѣ эти муки. Они пришли къ западной окраинѣ ледяной поляны, неся, подтаскивая другъ друга, и вдругъ, къ своему ужасу, увидѣли, что корабль мало по малу исчезалъ, не замѣтивъ ихъ присутствія. Тщетно они звали его!

Тогда доктора осѣнило послѣднее наитіе того изобрѣтатель» наго ума, который до сихъ поръ такъ хорошо служилъ ему.

Плывшая по теченію льдина толкнулась о ледяную поляну.

– Льдина! – сказалъ онъ, указывая на нее рукою. Его не поняли.

– Отправимся! – вскричалъ докторъ.

Товарищей Клоубонни озарило, точно молніею.

– Ахъ, докторъ, докторъ! – говорилъ Джонсонъ, цѣлуя руки Клоубонни.