Я бросил короткий взгляд туда, откуда прилетел дрон — где-то на самой границе видимости, чуть ли не на горизонте, из-за края крыш выметнулись несколько крошечных силуэтов, как пауки на страховочных паутинках. Паутинки отцепились от крыш, втянулись в силуэты, будто были их неотъемлемой частью, и мотыльки один за другим посыпались на крышу, лишь только для того, чтобы через секунду взмыть в небо снова — уже на другой крыше.

Но не все. Одного не хватало.

— Ты оглох?! — донеслось снизу, от Сола. — Что ты там делаешь, я спрашиваю!

Я бросил короткий нервный взгляд на дрона, который упорно лупился камерой в мою маску, словно пытался просветить ее насквозь, и снова посмотрел в сторону приближающихся мотыльков.

Что-то не так. Почему одного не хватает? Почему дрон висит прямо передо мной, а не облетает вокруг, как делал это тогда, в карантинной зоне? Может, все дело в том, что тогда дрон кого-то искал, а сейчас — уже нашел и поэтому фиксирует позицию? Но зачем?..

Твою мать, ясно зачем!

Я пригнулся и бросился к парапету, укрываясь за ним, и как раз вовремя — над головой вжикнуло, словно там пронесся злобный и очень быстрый шершень!

Пуля!

Я все понял правильно — дрон фиксировал мою позицию и отвлекал на себя внимание, пока его хозяин, отделившись от остальной группы, готовился к стрельбе!

Сука, да он же в меня стрелял! Остановился, чтобы занять удобную позицию, изготовиться к стрельбе, подкорректировать прицел, основываясь на данных, которые наверняка передавал ему тот же дрон — и выстрелить!

Вот и верь после этого россказням о том, что мотыльки стараются без необходимости не стрелять в светлячков! Или это только тут, в Тай-фо они такие беспредельщики?

Самого выстрела я не услышал — видимо, стреляли с глушителем, и расстояние съело остатки звуковой волны. Впрочем, ожидать чего-то иного было бы глупо — как-никак, дело происходит в ноктусе, и здесь шуметь... Ну такое.

В любом случае, оставаться здесь больше нельзя. Сейчас-то я скрылся за парапетом, и пули не пробьют его — это точно, но что я буду делать с теми, кто прямо сейчас семимильными шагами движется ко мне по крышам? Что я буду делать, когда они окажутся на расстоянии вытянутой руки?

Дрон продолжал висеть на месте, не сводя с меня отблескивающих в неверном лунном свете объективов. Все еще передавал стрелку информацию о моем местоположении, а, может статься, и картинку тоже передавал прямо мотыльку в шлем. И тот прекрасно видит меня и ждет момента, чтобы я поднялся, чтобы выстрелить еще раз. Дрон висит на высоте добрых трех метров и потерять его мотылек явно не боится — он, как и прочие, уверен, что светлячки обладают только контактным оружием. И это его, а, скорее всего, ее ошибка.