Юная певица стояла прямо в ее центре, задрав голову вверх, и абсолютно не переживая, что в любую секунду ее могут сожрать.

Эмм… А может она тоже в темноте видит и знает примерный радиус их агрессии?

— Гадкий кузнечик, выходи! — девочка погрозила кулачком куда-то вверх и принялась ждать.

Боже… Храни больных на голову детей.

Я притаился за крупным валуном у самого выхода в грот и принялся наблюдать.

Может предупредить ее?

Ага, и сагрить на себя все живое, лишиться берлоги, лигера и снова очухаться в Котловане. Ну уж нет!

— Кра-ка-та-ка-та! — до боли знакомый звук, пришедший откуда-то сверху, заставил меня вздрогнуть.

— Кра-та-ка-та-ка! — а это уже прилетело с другой стороны.

— Что ли два гадких кузнечика? — растерянно пробормотала девчушка.

Хрена себе кузнечики! Да ты этих тварей видела вблизи?

Я задрал голову и почти сразу обнаружил два крупных грациозных силуэта, неторопливо спускающихся вниз по отвесной стене. Один двигался прямо перед ней, а второй находился позади.

— Гадкий, гадкий! — запричитала девчонка и подняла правую руку вверх. — Проучить, проучить!

Ее тоненький пальчик указывал прямо туда, где находился первый лигер.

А дальше мою крышу окончательно унесло за горизонт. Пещера наполнилась громким жужжанием и сверчки-убийцы взлетели со стен, собираясь в один густой смерч, а затем устремились точно туда, куда она им показала.

— Кра-ка-та-ка-та! — второй богомол молнией спикировал вниз, и за какие-то доли секунды оказался возле Вилки. — Фьить!

Я уже практически увидел, как эта маленькая хорошенькая головка с бантиками катиться по каменному полу и останавливается где-нибудь у стены, но...

— Гадкий кузнечик дерется! — девочка обиженно потерла ручкой шею, словно ее комарик укусил, а затем загорелась знакомым синим цветом ауры неуязвимости и развернулась лицом к обидчику.

Че-е-е???

— Получай по попе, получай! Гадкий, гадкий!