– Мы в дозор сходим, – только и сказал Батя, прежде чем Рой убежал.

Лазарь уже ждал его, сидя на крыльце и щёлкая семечки. Рядом сидела фигура, такая знакомая, и одновременно незнакомая. После того, как тот стал квазом, его рост увеличился всего до метра девяносто. Да и в плечах он не сильно раздался. А сейчас всё произошло в точности наоборот.

Будучи человеком, Кваз был среднего роста, около метра семидесяти пяти, с весом под шестьдесят пять или семьдесят килограмм. Худой, без горы мускул, а в плечах даже Рой был шире. Школьник предвыпускных классов.

Вот только Кваз прятал лицо. Лицо и руки. По самые глаза был натянут капюшон толстовки и так же высоко поднят воротник. Руки были скрыты рукавами и перчатками. Вдобавок безразмерная толстовка, которая стала ещё больше, мешала оценить пропорции тела. Рой узнал его только по жестам – так же сутулится, смотрит искоса, пряча взгляд, нервно вертит головой.

– Забирай, – махнул рукой Лазарь. – Я даже вернул волосы.

Рой молча подошёл к Квазу.

– Дай только поспать свое…му, гм… волку, часа три.

Рой кивнул.

– Это правда я, Рой, – чуть слышно сказал Кваз. – Хочешь, расскажу, как мы встретились?

– Спасибо, Лазарь, – сказал Рой.

Тот равнодушно кивнул.

За воротами Рой спросил:

– Хочешь, я тебя понесу?

Кваз только помотал головой.

– Ну ладно… – протянул Рой и пошёл вперёд, а Кваз шёл рядом, всё порываясь что-то сказать, но не решался, иногда коротко болтал, вспоминая бывшие дни, но тут же замолкал.

– Ляг поспи, – указал ему Рой на матрас в шатре и отдал должное мудрости Бати. – Я побуду рядом.

Он молча сел на раскладной стул и уснул прямо за столом. Когда очнулся, Кваз ещё спал, укрывшись с головой. Рой достал бумагу и принялся писать. Сколько он откладывал письмо Ане? Один раз его даже порвал мур. Рой начал писать, и непроизвольно задумался.

Раньше он старательно избегал мыслей о прошлом Кваза, просто из уважения к другу. Старался не лезть в его секрет и не пытался раскрыть его, а тут куча мыслей лавиной полились на его голову.

Он никогда не видел Кваза без одежды. Никогда не видел даже по пояс раздетым. Хоть у квазов с этим проблемы, но они были слишком хорошо знакомы. Кваз всегда надевал кучу мешковатой одежды, чтобы скрыть фигуру. Он был очень эмоционален. Он никогда не говорил о себе.

Мысли лились и лились, насильно подсказывая ответ.