Пожалуй, нужно ехать домой, чтобы княжичи свою злость не сорвали на ком-то еще. А завтра протрезвятся, и можно будет поговорить и серьезно внушить, чтобы не делали глупостей. Пусть мальчишка не родовитый, но Булгаковы не дадут его в обиду, и как бы не решили, что роды Долгоруковых и Корецких нанесли лично им оскорбление. Если человек находится под защитой рода, будь то слуга, воин, аманат или даже сирота, взятый на воспитание, с ними нельзя поступать, огульно оскорбляя или издеваясь. За такое поведение обязательно придет ответ. А Михаил Воронецкий не хотел попадать под коллективное наказание из-за этих идиотов. Но они друзья, и его долг удержать парней от дальнейших глупостей.

— А ведь прекрасно провели время, господа! — воодушевленно воскликнул он и рассмеялся снова, не обращая внимания на ворчание посрамленных неудачей княжичей.

— Вы где были? — набросился я на телохранителей, когда мы сели в «Хорс». — Еще бы немного — и я вздул бы этих напыщенных индюков! Они взбесили меня! А потом за мной половина Москвы бегать начнет, желая моей смерти

Барбос засмеялся, и повернувшись ко мне, показал большой палец:

— Молодец, Вик! Четко уделал ребятишек. А они ведь старше и посильнее тебя физически. Уж в этом я разбираюсь. Ранговые бойцы, не самоучки.

— Так я и подумал, что в кустах сидели, — проворчал я, остывая.

— Все в порядке, парень, — Тесак завел двигатель, но не торопился выезжать со стоянки. — Мы смотрели за тобой и ждали, когда эти засранцы скомпрометируют себя, чтобы потом Булгаковы могли предъявить обидчикам претензию. А это неплохая вира и пятно на репутацию княжеских родов Долгоруковых и Корецких. Учись извлекать выгоду из любой ситуации, пусть она и не самая благоприятная. Ладно, поехали. Сначала нужно барышню до дома довезти. Время позднее.

«Хорс» мягко и сыто заурчал, салон качнулся — Илана ойкнула и прижалась ко мне, но не отпрянула, а замерла в ожидании того, что я обниму ее за плечо. Сдерживая дикое биение сердца, я не разочаровал девушку. Так мы и ехали всю дорогу, ничего не говоря.

Тесак подогнал машину к дому, где проживала Илана. Я вызвался проводить одноклассницу до двери квартиры, чтобы быть уверенным, что по пути с ней ничего не произойдет. Мало ли… вдруг под лестничным пролетом упырь какой-нибудь затаился.

— Мама не спит, — вдруг сказала она, увидев женский силуэт в окне. Помахала рукой и зацокала каблучками по ступенькам. Мы поднялись на освещенную площадку первого этажа. Послышался щелчок замка. Видимо, Марина Ерофеевна не захотела встречать дочку на пороге двери, деликатно давая нам возможность попрощаться.