— Я понимаю ваше скептическое настроение, Дмитрий, — тут же отозвался Джуюн, склонившись в поясе, в знак уважения. — Но, как не посмотри, я посчитал это очень странным, что за столько десятилетий, существуют всего три более-менее устойчивых легенды о банши и ни в одной из них они не представлены, как чистое зло. Разве это не удивительно? — всплеснул руками. — Они либо пожилые женщины, либо белокурые нежные девы, но не злодейки.

— Хм… — призадумался Дима, потирая указательным пальцем подбородок. — Высока вероятность, поэтому никто и не задумывался об их уничтожении, так как в этом не было нужды. Но, — повернулся в мою сторону. — Никто из нас, кроме Ирис не видел её. Что можешь сказать? Кто она? Чего хочет? Почему именно эта больница?

Ну вот… Так и знала. Теперь допрашивать будут меня. Но мне нечего сказать, да и говорить я особо не настроена. Кто она? Не знаю. Чего хочет? Тоже не знаю… Как её остановить? Пф! А можно звонок другу? Короче говоря, от меня в этом деле не так уж и много пользы… Скорее наоборот, одни хлопоты.

— Ирис, — прозвучал строгий голос Димы, вырывая меня из раздумий. Он как раз направлялся в мою сторону. — Ирис, ты можешь ответить на вопрос?

— Мне нечего сказать, — отозвалась я, чуть ли не прячась за книгой.

— Ты видела дух банши. Общалась с ней. Но теперь заверяешь, что сказать нечего?! — подошёл к месту, за которым я находилась чуть ли не в плотную. Облокотился ладонью о небольшой свободный выступ на столешнице и наклонился вперёд, нависая сверху и заглядывая в глаза. — И почему мне кажется, что ты что-то не договариваешь?

— Тебе… кажется… — медленно подняла книгу чуть выше, пряча лицо.

— Ирис, — вновь произнёс моё имя. — Что произошло? Что она тебе сказала? Как выбирает своих жертв? Почему именно они? Луи и я проверили всё возможное, но не нашли ни одной общей зацепки. Если тебе есть что сказать… говори. Ведь, если учитывать тот факт, что её видела только ты, она вновь вернётся. И вернётся за тобой.

— Я в принципе вижу всякое, так что…

— Ирис! — повысил тон в голосе, давая понять, что он раздражён.

— Да что опять?! — воскликнула я, ловко выкручиваясь и вскакивая со стула, не задев при этом Дмитрия. — Ирис… Ирис… Ирис… Тебе что, моё имя так нравится? Отлично! Тогда дарю! Можешь бежать в паспортный стол и приписывать его к себе! — всплеснула руками. — Да, я видела банши. И мы… поговорили. И заметь, говорили через Влада. Значит, ещё одного такого разговора не будет.

— Что именно она тебе сказала? — вновь спросил Дима, оставаясь на месте, в то время как я принялась расхаживать из одного угла в другой.