Дмитрий уже приготовился встретить их атаку, но тут из другого конца коридора вышли наши товарищи. Раненные, едва держащиеся в сознании, но всё равно рвущиеся в бой. Перед глазами замелькал огонь, которым управлял Виктор, также небольшой жезл Луи и крупные бусины из чёток Джуюна, которые имели защитные руны и причиняли жгучую боль врагам, когда те соприкасались с кожей. Даже Владик бежал позади, хоть и хромал.

Как хорошо.

Все ранены, но живы и дают отпор.

А я… В какой-то момент я поняла, что лежу и меня очень сильно потянуло в сон.

И сил сопротивляться ему более не было.

***

Когда я пришла в себя, то поняла, что за окном ночь, а я сама нахожусь до сих пор в больнице, правда теперь уже в обычной больнице. К руке прикреплена капельница, сверху над потолком шуршал кондиционер, а около окна в лунном свете кто-то стоял. Зашевелившись и приподнявшись на подушке, я привлекла внимание своего соседа.

— Наконец-то пришла в себя, — прозвучал голос, который мне было очень приятно слышать. Дмитрий. Это он. Парень включил светильник и подошёл к кровати. Он был в больничной рубашке, как пациент, но на его теле не было заметно и синяка. Чист. — Как ты?

— Как я?! — переспросила, при этом чувствуя легкую дрожь в груди. Голос хрипел, глаза опухшие, всё тело болело, и клонило в сон. Но это только физические особенности. Всё пройдёт и заживёт. Но как быть с тем, до чего так просто не дотянуться и не залечить? — А как ты?

Дмитрий задумался, но так ничего не сказал. Значит всё так, как я и предполагала. Очень плохо. Но он до сих пор здесь. Рядом. Хотя и держится отстранённо, скрестив на груди руки.

— Всё закончилось? — поинтересовалась у него, чувствуя, что тишина слишком затянулась.

— Да, — кивнул парень. — Все живы и отдыхают в своих палатах. Им необходим отдых, но жить будут. Утром, как все поймут, что ты пришла в себя, жди гостей. Что касается Бальтазара, то он исчез и больше не навредит людям. Полиции лучше не знать подробностей. Они до сих пор пытаются понять, куда делись те окаменевшие люди, но… сомневаюсь, что такое возможно вынести.

— Да, ты прав, — согласилась в ответ.

— Ирис… — неожиданно начал Дима, но в последний момент замолк, мрачнея на глазах. — Возможно, я не вовремя. Ты только очнулась, но… Лучше прояснить всё сейчас. Боюсь, что потом это будет невозможно осуществить. — Я не проронила ни слова. Ждала, когда он скажет то, что хочет сказать. Хотя волнение всё же возросло. И сильно. — Ирис, — парень посмотрел мне в глаза. — Я люблю тебя.

— Что?.. — удивилась, совсем не этого ожидая.