— Конечно же график работы будет свободным. Двери вам всегда открыты, условия ваши будут приняты, в ваших способностях никто не сомневается и всякое предложение будет обсуждаться всеми нами. Я сердечно благодарю вас, — обращался Филипп к обоим.

— Что касается моей загруженности, — вступил в разговор Марк Эго, — величина она, к сожалению, довольно-таки непостоянная, а то, что есть, действительно далеко от того, чего мне хотелось бы на самом деле. Я понимаю, что и я свободен уходить и приходить когда мне вздумается, привносить идеи, участвовать в дискуссиях…

— Несомненно! — перебил его Филипп, сразу извинившись за бестактность.

— А так как мир на огромной скорости и с возрастающим ускорением катится неизвестно куда, то грех будет не воспользоваться чем-то, что скрасит этот и последующие дни совместной работы, — плавно жестикулируя, обосновывал свой положительный ответ Марк Эго.

— И тебе спасибо, Марк! — сложив вместе ладони и сделав небольшой поклон в его сторону, поблагодарил его Филипп. — И тебе, Ласси. И в вашем лице я благодарю Ленни. Спасибо вам всем за поддержку.

— Филипп, — опередил его Симон, — может все же стоит рассказать всем о Минни и Максе, раз нам вместе работать.

— А кто они? — озвучил общий вопрос Аарон.

— Я вообще-то с ними еще не обговаривал саму работу и ее условия, но будем надеяться, что они согласятся. По тем же причинам, — подмигнув собравшимся, заключил Филипп. — А рассказать их историю, я думаю, все же не помешает.

И за двадцать с небольшим минут рассказа Филиппа о судьбе братьев Максимилиана и Минервино в сознании слушавших эту историю почти не осталось и следа от странных, безликих образов двух лысых световиков, знавших свою работу как свои пять пальцев и предпочитавших попусту не болтать с незнакомыми им людьми.

— Вот, пожалуйста. Еще одна история. Хоть пьесу по ней пиши, не согласны?

— Да, действительно, — согласились Я'эль и Саад.

— Я знал их историю раньше, — добавил Марк Эго, — там было еще одно обстоятельство, которое ты не упомянул.

Он намеренно сделал паузу, пытаясь понять, стоит ли продолжать рассказ. Филипп не заставил себя долго ждать, и после его просьбы продолжить, Марк Эго рассказал о том, что уже после инцидента с волосами братья узнали о нюансах работы их отца, который являлся сотрудником специального отдела особой государственной службы, в обязанности которого входили допросы заключенных с использованием, при необходимости, «специальной методики получения важной для представителей государственных структур информации», иными словами — пытки. В рассказе, дошедшем до Макса, фигурировала мощная лампа, за которой стоял отец и, невидимый для заключенного, доставлял тому немалые мучения. Макс некоторое время носил эту тяжесть в себе, а потом, поделившись с братом, получил от того совет: «Давай тогда и мы найдем работу, в которой будут лампы, но наши лампы будут дарить людям лишь радость».