Нет, понятно, что можно было изобразить и что-нибудь посовременнее, вроде той же «Анаконды», или даже «Стечкина» (ну, это я, конечно, разгубастился, да). Можно. Но я не знаю их конструкций в достаточной степени, чтобы воспроизвести. А с Кольтом… ну, его оригинальную конструкцию я тоже не особенно-то себе представляю, только в общих чертах. Но: что не знаю, то сам додумал. За основу же взял только принцип и форму.

В результате: если прикинуть, то я потратил на его создание в четыре раза больше «ядер», чем, если бы делал его на нормальном оборудовании, а не «на коленке». То есть, он вышел у меня в четыре раза дороже, чем мог бы!!! При таком подходе к производству — действительно разоришься.

Но… второй и третий револьверы я делал точно так же, как и первый. Почему? Да просто потому, что так было проще, а «ядер» у меня в запасе — хоть жопой жуй. Так к чему обламываться и экономить? В конце концов: деньги для жизни, а не жизнь для денег. И это принципиальная разница в подходах и мировоззрении.

После проведения памятной операции, на пару дней я затихарился в холмах. Залип над модернизацией своего оружия с учётом получения новых материалов. Да и… неспокойно было мне. Свербело чутьё на неприятности. Стрёмно почему-то было.

Но, за эти два дня мой «Ремингтон» в «Баррет» переименовался. Ну и револьвер у меня появился четвёртый, так как снова оказаться в ситуации, когда от смерти меня будут отделять всего два оставшихся в запасе патрона — нет уж. Не хочу. Запас, как известно, в жопу не… кхм. Ладно, не будем цитировать старые пошлые анекдоты про попов. А то вы ещё меня в «оскорблении чувств верующих» обвинить попытаетесь, статья 148 УК РФ…

А чуялка свербела не просто так: нежить-таки, наконец, обратила на моё существование внимание. Спустя три с половиной месяца после начала моей «охоты» на них. И это я ещё себя «Зорким Глазом» звал, ага.

Хотя, с другой стороны, что такое для них рядовые скелеты? Мелочь. Естественная убыль. Незначительные потери. Укус комариный. А вот восемь умертвий — это уже серьёзно. Откуда восемь? Ну: три в крайней вылазке и пять до неё. Тех я просто расстреливал с расстояния, не рискуя спускаться за трофеями.

В общем, нежить долины, или, скорее, тот, кто этой нежитью управляет, обратили-таки на моё существование своё внимание. И стало мне сразу неуютно.

Начать с того, что эти твари устроили на меня засаду возле той заводи, в которой я обычно купался. И было их много. И под землёй, и на поверхности. Я все четыре револьвера расстрелял по семь «пуль». Причём, ни одной «в молоко» не ушло — трудно промахнуться, когда бьёшь практически в упор.