- Если его светлость узнает, что вы стали фамильярно обращаться к одной из его невест, он будет недоволен вами, Марай.

Демон, казалось, задумался над моими словами, но, стоило мне только понадеяться, что он прислушается, как на его губах возникла улыбка.

Спрыгнув с подоконника, Марай обошел вокруг моей кровати, не сводя при этом с меня взгляда – я вынуждена была, поворачивая голову, с опаской следить за его передвижениями. А потом вдруг в один миг он оказался на моей постели, нависая надо мной и упираясь рукой в изголовье кровати. Я подалась назад, но отстраняться было особо некуда – позади подушки.

Наклонившись к моему уху, Марай, понизив голос, произнес:

- А мы не станем ему говорить. Это останется нашим секретом, верно... Дайнари? Как и то, кто ты на самом деле. Он ведь еще не знает, правда?

Я застыла. Это что сейчас было?

Стоп. Кажется, в какой-то момент что-то пошло не так. И пора вернуть все на свои места.

Я с глубоким вздохом невозмутимо произнесла:

- Я не Дайнари, Марай. И даже не знаю, кто это. И назвалась этим именем только потому, что мне нужно было сохранить вашу защиту, ведь имя Сюзанна Бизар исчезало из вашей магической печати. И это все.

Я не видела лица демона, но могла поклясться, что слышу, как он задержал дыхание. В какой-то момент возле моего уха раздался протяжный выдох.

- Значит, ты ничего не вспомнила.

Демон отстранился и, заглянув мне в глаза, усмехнулся.

- Не волнуйся. Я помогу тебе вспомнить.

Он подался назад, как будто собирался уйти, но остановился.

- Кстати, - сказал он странным тоном, в котором мне почудилась насмешка. – Имя Сюзанна Бизар никогда не исчезало из моей магической печати.

Я насупилась.

Это еще что за новости?

- Но ведь вы не пришли, когда мне угрожала опасность, - напомнила я, внезапно почувствовав подвох. – Когда призрак соэллы Дебрас напал на меня.

- Ну почему же, - пошевелил бровями демон. – Я был там, но ты избавилась от опасности раньше, чем я успел что-либо сделать. Твое внимание занимала ламия, и ты не заметила меня. Решив не приближаться, чтобы ненароком не развеять новорожденную ламию за то, что она напала на тебя – ты ведь велела мне этого не делать, верно? – я ушел, оставшись незамеченным.

- Тогда зачем нужен был этот обман? – нахмурилась я.