— Забудь. В конце концов, ты мне тут жизнь спасала. Будем считать, что мы в расчете.

Есения робко подняла взгляд. Князя она, откровенно говоря, очень боялась. Всё время напоминала себе, но он и человеком-то не является. Вот что у него на уме? Улыбка настолько не сочеталась с её представлением, что ей мерещилось, что тот её испытывает. Или на что-то рассчитывает. Во всяком случае Ярец много что про планы князя успел наговорить. Щеки вновь начали пылать от воспоминания их ссоры, взгляд снова устремился в пол.

Сет с сожалением вздохнул. По лицу девушки было видно, что идёт внутренняя борьба, и у него были ощущения, что не только его слова являлись тому причиной. Играть же с ней сейчас было совершенно лень: выспаться по понятным причинам не получилось. К тому же, его напрягло то, что в организм девки попала его кровь. «Нет, превратиться в вампира она бы от этого точно не сможет, но гарантировать, что это совершенно никак не отразится — не могу. С другой стороны, Флауму же ничего плохо не сделалось — только шкура изменилась. Вода с него как с гуся стекать стала, да и ничьи клыки и когти не прокусывали — соскальзывали. Но он и слизал её, будучи щенком, гораздо больше. Может вообще обойдется…» Желая отвлечь и себя, и девушку от переживаний, попытался перевести диалог в иное русло.

— Нашлось что-нибудь значимое?

— Пришли пара писем с описанием твари, как та, что в нашу деревню попала. Вопрошают, чьих рук дело. Этих существ убили и сожгли — побоялись сюда везти.

Князь недовольно заворчал. Липкое беспокойство, заснувшее было на время, вновь охватило мысли. Что если он ошибся, и история с Вириди Хортом повторится? Ещё один мир заселят упыри и гули?

— Далеко?

— Что далеко? — не поняла Еся, боясь, что Князь опять будет сердиться.

— Тварей этих обнаружили далеко от Итернитаса? — хмурясь, не смотря на служанку, уточнил Сет.

— Я… не знаю… — замялась Есения, чувствуя нарастающую панику.

Сет раздраженно вздохнул. Конечно то, что девка могла хоть что-то сортировать было несказанно удобно. Но то, что о мире она совершенно ничего не знала, упустил из внимания.

— Письма мне дай, — спокойно произнес он, рассматривая потолок.