Девушку неподалёку она знала, не могла не знать – Лина Дюваль, дочка министра и кузина Мари Дюваль. Почему-то она смотрела куда-то в толпу танцующих, и по лицу её текли слёзы. Если бы Анна не увидела это – не поверила бы ни за что. Лина Дюваль не из тех, кто плачет.

Но увидела не только она. Откуда-то котом вывернул Саваж. Подошёл, обнял, вытер пальцем слёзы со щёк, прижал к себе. Увёл в темноту – они прошли в двух шагах от Анны, она тихо всхлипывала, а он говорил ей что-то утешительное.

Ничего особенного, да? Саваж утешает рыдающую девушку. Сто пятисотую в сто пятисотый раз. Но почему у Анны-то земля вдруг всё равно что ушла из-под ног?

О нет, она не думала о нём ежечасно, как бывало зимой. И даже наивно полагала, что излечилась, и рана не болит. Но сейчас-то почему так больно?

- Анна, что случилось?

Леон. Откуда он взялся? Не важно. Он обхватывает её за плечи, с другой стороны обхватывает Грейс. Обниматься с некромантами, чёрт возьми. Анна обхватывает обоих и рыдает уже безудержно, её не остановить.

- Анна, кого побить? Или хотя бы напугать? Скажи только, мы мигом, - говорит Леон, а Грейс соглашается.

Два некроманта – страшная сила. Но никого бить не нужно, она так и отвечает.

- Ничего… ничего особенного. Ничего. Я… пойду в гостиницу.

- Мы проводим, - говорит Леон, и за один шаг они оказываются в коридоре их отеля.

В гостиной их большого номера разговаривают отец и госпожа Шеню. Точно, она ведь собиралась приехать.

- Дети пришли, - она первая их заметила. – Анна, что случилось?

- Ничего, - Анна отчаянно пытается взять себя в руки, но не выходит.

Слёзы по-прежнему льются ручьём.

- Так, - это вышел отец. – Анна, чем тебе помочь?

- Давайте поступим следующим образом, - говорит госпожа Шеню. – Я, конечно, пропустила всё на свете, но если Леон и Грейс возьмутся показать мне кусочек праздника, буду очень рада.

- Да, мама, мы готовы, - улыбается Леон.

Они с Грейс обнимают Анну, прощаются с отцом и исчезают, все трое.

- Пойдём, - отец берёт Анну за руку, как в детстве, и усаживает на диван. – Воды налить?

Она молчит, он наливает и просто даёт ей стакан прямо в руку.