Все звуки города исчезли, словно запрещенные.

Сиг взобрался на развалины разрушенного здания напротив башни, устроившись на оставшемся без крыши втором этаже, откуда, укрываясь за рамой окна без стекол, можно было изучать башню.

Башня возвышалась над густым кустарником ежевики. Видны были остатки старой ржавой решетки, участки тротуара, растрескавшееся дорожное полотно. Не было никаких признаков ни ворот, ни охраны.

Под деревом устроилась стайка желтых птичек, копающихся в щебенке и траве. Между прутьями решетки пролез большой кот, набросился на птичку и утащил ее в травяные джунгли.

Сиг всмотрелся в длинные железобетонные хребты, проходящие вдоль стен здания, изрядно потрепанных непогодой и шальными пулями. От окон башни отражался дрожащий солнечный свет, и только там, где стекла были выбиты, зияли черные пустоты. Сигу показалось, что он различил фигуру, выглядывающую из окна наверху, но она тотчас же исчезла.

И тут он увидел женщину, идущую по открытому пустырю, где ее обязательно должны были заметить машины, судя по звукам, приближающиеся с севера.

90

Таня видела, как Сиг вышел из церкви, затем бесследно исчез прямо у нее на глазах. Он нырнул в траву, словно дикая собака. И всякий раз, когда Тане казалось, что она его увидела, это оказывался лишь ветер.

Спустившись вниз, Таня попыталась отыскать тропинку. Она шла по открытому месту, нервничая по поводу невидимых глаз, смотрящих на нее с неба и бог знает откуда еще. А может быть, никто не стал связываться с наблюдением за местностью, уже на протяжении целого поколения свободной от людей.

Таня смутно припоминала, в чем тут дело. Что-то связанное с баржей, груженной ядовитыми отходами. Тропическая болезнь, неизвестный штамм, попавший в мусор. Трагическая случайность. Тысячи умерших. Опасность заражения сохраняется в течение пятидесяти лет. Карантин.

Затем наводнение. Наводнения.

Если бы речь шла о небольшом городе, его бы просто полностью очистили, однако это место обладало слишком большим значением, особенно после того, как полностью развернулось производство «Максимола». Нефть и вещества, стимулирующие человеческую деятельность. Пища для машин и топливо для рабочих. Если очертить вокруг города круг радиусом сто миль, станет видна настоятельная необходимость, порожденная духом времени. Военно-промышленный канал, через который выкачивалось все то, что осталось от Тропика Канзаса, и который служил для дальнейшего продвижения на юг в поисках свежей добычи.

Таня обвела взглядом ландшафт разрухи. Быть может, конец света уже наступил, и никто этого не заметил.