— Наверняка ваша жизнь полна приключений и битв, — хохотнул Рейлиг. Тон, которым он сказал слова "приключения" и "битвы" был немного издевательским. В надобность этих двух слов он не верил и переубеждать не собирался. Марину это ничуть не расстроило. Что фермер мог знать о противостоянии священных рыцарей и Лиловых небес? О магах и Линарис? Вот именно.

— Чуть больше, чем мне хотелось бы, — снисходительно улыбнулась Марина. — Ну что ж, как мне видится — лучше уж мне начать собираться. И чем раньше я отправлюсь в Гринхолл — тем лучше, не правда ли?

— Это точно, — хмыкнул гном, спешно потушив трубку и ловко поднимаясь на ноги. Он подошел, чтобы забрать поднос, задумался на мгновение и протянул руку. — Меня зовут Рейлиг. Рейлиг Колотун, сын Морвина Колотуна.

— Марина Щербинина, — она пожала его жесткую руку. Этот гном не чурался тяжелой работы и это чувствовалось в его рукопожатии. Марине нравились такие нелюди. Они любили свое ремесло, каким бы оно ни было. Их руки могли рассказать сотни историй, поведать всю их жизнь, указать на то, какими они были настоящими. Но не только Марина умела определять человека, по буграм, мозолям и ссадинам на руках.

— Ой, — не вскрикнул, а скорее тяжело выдохнул Рейлиг. — Вижу вы и вправду великий мастер. Никогда не видел у женщин подобных рук, — гном посмотрел прямо в глаза Марине и увидел ее кокетливую улыбку. Быстро убрал руку и засмущался, поспешив подхватить поднос. Бросил через плечо: — Пойдемте, жена даст вам все необходимое для дороги, а я постараюсь найти карту.

Марина весело кивнула, выдергивая Оникс из земли и аккуратно пристраивая его на спине. Они спустились вниз, по той же тропинке, которую Марина использовала утром и зашли в дом к гному Рейлигу.

— Дорогая, она действительно Мастер Меча! — радостно возвестил гном, открывая дверь и заходя внутрь. Он совсем забыл предупредить Марину о том, что впускать кого-то в дома в Вея-Гроте было строжайше запрещено. Непростительно даже.

— И что с того? — женой гнома была женщина среднего роста. Длинные волосы убраны в плотную косу, перевязанную несколькими тускло-серыми нитями. Одета в простое, без лишних украшений, белое платье. В некоторых местах угадывались небольшие, искусно вышитые звери, запечатленные в небольших, скорее всего, мифических сюжетах. В этой женщине не было ничего странного, она была милой, хотя может и излишне строгой, о чем свидетельствовал ее нахмуренный лоб. Вот только когда она увидела Марину, то почему-то в глазах ее отразился ужас. — Рейлиг, что ты наделал, — прошептала она.