— Я? Нет, Марина. Я не горжусь тобой. Я не понимаю, что за игру ты затеяла, а потому мне приходится быть очень осторожным. Потому что я тебя боюсь.
Марина засмеялась, а эльф задумался. Одна вещь все же тревожила его больше других. Он все пытался понять, знала ли Марина то, о чем говорила, или просто пыталась вынудить говорить мечников, окружавших ее. Она превратилась в могущественную, опасную женщину. С ней придется считаться и эльф никак не мог понять, зачем Николас продолжает таскать ее с собой.
— Послушай, Марина, — эльф говорил очень тихо, а потом девушка сразу же перестала смеяться и прислушалась. — Скажи честно, ты ведь понятия не имеешь, как и почему я стал таким, ведь правда?
— Я не стану отвечать на этот вопрос, — улыбнулась девушка. — Не важно, что я отвечу, ты сможешь понять, вру я или нет, а это даст тебе преимущество.
— Хорошо. Тогда давай так. Ты задаешь мне вопрос, а я отвечаю на него предельно честно, — плечи Марины свело от нетерпения. Она видела в уставших глазах эльфа — он действительно предлагал ей честный обмен информацией. — А ты говоришь мне, что знаешь про руку и ногу. Идет?
Эльф протянул здоровую руку и Марина не задумываясь пожала ее.
— Слово Мастера Меча.
— Слово Мастера Меча, — улыбнулся Тьери.
— Кто предал Лиловые Небеса, кто рассказывает Королю о всех наших передвижениях?
— Ты уверена, что хочешь задать именно
— Почему нет? Я уверена, ты знаешь ответ. Поэтому мне бы очень хотелось его послушать.
— Хорошо, Марина. Я отвечу, как мы и договаривались. Все.
— Что все?
— Все рассказывают магам, священным рыцарям и другим высокопоставленным чинам куда мы направляемся и что мы делаем.
— Ты издеваешься?
— Роланда, — эльф поднялся на локте и окликнул эльфийку, что ехала на коне, рядом с их повозкой, очень тихо напевая себе под нос незатейливую песенку. — Кому ты отправляла письмо на прошлой стоянке?
— Вивьен Фривуд, сказала что через пару дней будем в Стинлире, а что тебе?
Марина побелела. Все ее теории были уничтожены одной простой и невероятной правдой. Она смотрела на эльфа, ухмылка которого была растянута от уха до уха плотной, непрерывной издевательской линией.
— Что это за бред? Как такое возможно.