Его дочь уже знает, что Тед нашёлся. Но он не смог сказать, в каком состоянии. Не смог. Сказал, что грязный, оборванный, заросший, подросший. Сейчас на госпитальном судне для диагностики. Зять в патруле, скоро возвращается. Там и узнает. Ещё один матрос флота нашёл своего родственника. Получил сутки «увольнительных», и звонок родным. Он постоянно на связи с Джоном. Постоянно приходят новые данные допроса потерпевших. Джону помогают 20 бойцов морской пехоты. Остальные не смогли продолжать допрос. Он взял трубку внутренней связи.

— Всему флоту. «Сухой» закон. Кроме госпитального судна. Все запасы алкоголя сдать на госпитальное судно.

Сутки хода до Рабаула. Надо войти нормально, без «хвоста». Морская пехота будет недовольна, но надо. Парней с госпитального судна потом снимут как заболевших. А персонал в тюрьму. Дальше — военный трибунал и суд. Хотя можно судить и здесь, прямо на флоте.

— Связь с госпитальным судном.

— Готово, сэр.

— Позовите к телефону Джона Донга.

— Он отдыхает, сэр.

— Давно?

— Час назад закончил допрос.

— Проснётся — переправьте на «Мидуэй»

— Слушаюсь, сэр.

Пока надо готовить всё к суду. Медсёстры нужны еще для допроса. А остальные — «не помню», «не знаю», «я тут не при чём». Их и осудим.

— Леночка, пригласите.

В кабинет вошла женщина лет 45-50-и. судя по походке и манерам — бизнес-леди. Но фигура уже «поплыла».

— Присаживайтесь. Я изучила вашу анкету. Несколько пунктов меня заинтересовали. У вас был свой бизнес.

— Да. Небольшой магазинчик. Ширпотреб.

— Но вы разорились.

— Потеряла большую партию товара.