Рамилана. Красивое имя. Редкое. С сознанием все в порядке. Злая, ожесточенная, готовая убивать, но не всех… Доверчивая нежная и красивая девчушка исчезла в руках палачей со званием магистров. Появился на ее месте озлобленный зверек. Но умный зверек. Даже сидя в клетке и лежа на лабораторном столе своих мучителей, она продолжала надеяться. Она училась. Ее знания больше всего напоминают старую кладовую, в которой хранят кипу разрозненных листков из разных книг и учебников, но кое-что она сможет. Вот хоть чуть-чуть восстановится и сможет. А самое главное состоит в том, что вот ее-то уже точно не нужно убеждать в том, что живой нечитаемый – это очень осторожный, невидимый и незаметный человек. Я очень вовремя ее нашел. Она начала бояться, что уже никогда больше не увидит солнца, ночного звездного неба, уйдет к богам из этой клетки. Целых десять лет никто не спускался в низ. Про нее забыли? Но еда как обычно, один раз в день, появляется в маленьком шкафчике.
А ведь действительно. Десять лет назад во время прорыва нежити в катакомбах с нижних уровней на верхние, погибли четыре магистра и двое их помощников. Получается… Что получается? Действительно забыли? Остальные не знали о ней? Выходит мстить-то и некому! Так… Прикрываю лицо иллюзией. Очнувшись она увидит лишь размытое пятно. Чем закончится наше общение, не знает никто, а потому… Безопасность – это жизнь, причем как моя, так и её. Ну, раз с разумом все в порядке, то смерти придется подождать.
Такое чудо, как фиалковые глазки я не встречал, да и форму я изменил. Волосы и ресницы белые, пока еще седые, но зато густые. Аура теперь вот только как у молоденькой девочки, а тело еще как у старухи и зубки еще не выросли. А так… Все в порядке и внутри, и снаружи. Можно будить. Ой! А прикрыть хоть чем-нибудь… Забыл. Пока разберется. Пока поверит… Нет уж. Пока не поверит путь полежит спокойненько. Попытка номер два. Бужу.
– Рамилана! Ты очнулась, я знаю. Открывай глаза. Давай знакомиться. Меня зовут Дариэн. Я тут случайно мимо проходил и тебя нашел. Глазки тебе восстановил. Здоровье подправил. Дней через десять совсем полегчает. Ну! Молодец. Не делай такие глаза, это не у тебя со зрением непорядок, это я свое лицо прикрыл. Я же не знаю, куда ты пойдешь и где жить будешь. Кому доверять. Что рассказывать.
– Пойду? – наконец-то прошептала она.
– Конечно, пойдешь. Видишь ли, Рами! Я, как и ты, нечитаемый. О том, что я здесь, никто не знает, надеюсь и не узнают, а потому делать нам с тобой здесь нечего.
– Ты меня отпустишь? И наверх выведешь?