***

А еще никуда не делись разломы, посылающие в мир спонтанные мощные электромагнитные импульсы с завидной регулярностью. Люди пытались составить графики выбросов, но их периодичность не поддавалась никаким расчетам.

Часть 1. Оружейник

Часть 1. Оружейник

"Дело не в дороге, которую мы выбираем, – то, что внутри нас, заставляет нас выбирать дорогу."

О. Генри

Глава 1

Глава 1

До реки Швед так и не дошел. Его надежда быстро обнаружить следы промышлявших в этой местности волкодавов исчезла, как осенняя дымка, а потом и вовсе улетучилась вместе с мечтой выйти сегодня из леса.

Попытавшись отогнать страх, появившийся с наступлением сумерек, он в очередной раз достал карту, и уставился в нее пустым невидящим взглядом. Постояв так несколько секунд, он все же сфокусировал глаза, и трясущимся грязным пальцем прочертил путь между склоном холма, с которого сошел почти в полдень, и изгибом реки, куда намеревался выйти еще час назад. Утром, выбирая дорогу на карте, путник еще не знал, что на этом пути ему встретится столько оврагов и непроходимого бурелома. И винить кроме себя было некого; мелких подробностей на карте, вырванной из старого атласа, не было.

— Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, — пробурчал он себе под нос, и внезапно выругался непонятно на кого, — Какой же ты же идиот, Ульф!

Теперь Швед даже приблизительно не знал нужного направления — чувство, что он двигается к нужной точке, покинуло его еще пару часов назад. Ему была оставлена возможность продвигаться лишь через редкие разрывы в густых непролазных зарослях и там, где между толстыми деревьями открывалось некое подобие прохода. Получалось будто сам лес уводил его в сторону, гоня в какое-то неведомое место.

— Может вернуться обратно? — вслух спросил Швед сам себя, и тут же мысленно возразил:

"Нет. К тому времени совсем стемнеет. Даже если найду дорогу, все равно придется ночевать в лесу, где сам черт ногу сломит."

Когда он восемь лет назад попал в этот мир, и по неизвестным причинам утратил способность контролировать свои способности, то неожиданно для себя приобрел сравнительно легкую форму никтофобии*. Поэтому этот лес напугал его с самого начала. С тех пор, как Оружейник углубился в чащу, он постоянно озирался, вздрагивая от малейшего шума листвы или треснувшей под ногой сухой ветки. Швед понял это, как только заметил, что разговаривает сам с собой.