– Об этом уже позаботились, – твердо ответила Сиф.

Указательный палец Фафхрда легко коснулся мешочка и тут же отдернулся.

Афрейт сказала:

– Выпьем.

Когда они подняли кубки, вокруг послышался тихий звон, похожий на звон колокольчиков фей; мгновенный порыв леденящего холода донесся со стороны двери; воздух в таверне едва заметно засветился, превратив все предметы вокруг в подобие бледных жемчужин, – а потом звуки внезапно резко усилились, став оглушительными, как колокола огромного собора, и грохочущими, как пушечные выстрелы, и в уши ударило завывание северного ветра, который в долю секунды вымел все тепло и сорвал тяжелую, как свинец, дверь, заставив посетителей «Серебряного угря» свалиться со стульев, холодный туман, густой, как молоко, заполнил помещение, и сквозь его белую массу послышался крик Сиф: «Это ледяное дыхание Кхахкта!» – и голос Афрейт: «Он выследил нас!» – а потом весь этот кошмар кончился.

Фафхрд и Мышелов каждый схватились одной рукой за мешочек с деньгами, а другой – за дубовый стол, радуясь, что тот достаточно тяжел, чтобы дать им удержаться на месте.

Штормовой ветер и оглушающий шум затихли, туман растаял, хотя и не так быстро, как появился. Друзья разжали стиснутые пальцы, смахнули кристаллы льда с бровей и ресниц, зажгли лампы и огляделись.

Все вокруг превратилось в руины, тишина стояла гробовая – но вот уже послышались испуганные стоны, вскрики боли и изумления. Друзья осмотрели длинное помещение – их стройных собутыльниц не было среди медленно приходящих в себя жертв.

Мышелов пробормотал несколько легкомысленным тоном:

– Откуда вообще могли взяться те особы, которых мы с тобой ищем? Может, мы просто выпили что-то не то…

Он умолк. Фафхрд встряхнул свой жирный круглый кошель и направился к двери.

– Эй, ты куда? – окликнул его Мышелов.

Фафхрд остановился и обернулся. Ответил он серьезно, без улыбки:

– На север от Степи Троллей, нанимать своих двенадцать берсерков. Не сомневаюсь, ты отыщешь свою дюжину воров-меченосцев в более теплых краях. За три дня до истечения срока мы встретимся в море, на полпути от Симоргии до Льдистого острова. Так что – до встречи!

Мышелов проводил его взглядом, пожал плечами, отыскал кубок и кувшин, покрытый влагой магического тумана, перевернутый, но не разбитый бурей. Жидкости в кувшине не хватило даже на хороший глоток. Мышелов легко коснулся своего мешочек с деньгами, потом развязал ремешок, стянутый в тугой узел. Со дна кожаного шара полилось слабое янтарное сияние.

– И в самом деле, золотой апельсин, – с довольным видом произнес Мышелов, совершенно не замечая стонов, скрипов и прочих горестных звуков вокруг, и достал одну из желтых монеток.