– Я буду рядом, если тебе что-то понадобится. – Николас наклонился ко мне, и мой желудок описал сальто, но он лишь поцеловал меня в лоб. – Позже мы с тобой поговорим о том, что будет, если ты еще раз выкинешь нечто подобное. – Выпрямившись, он кивнул Нейту и ушел.

Нейт посмотрел на меня, подняв бровь, и я издала тяжелый вздох. Нам о многом нужно поговорить.

– Лучше присядь. Это надолго.

* * *

– Значит, ты только несколько месяцев назад узнала, что двое твоих лучших друзей – оборотни? – Джордан посмотрела на Роланда и Питера, растянувшихся на кровати рядом со мной. – А вы не знали, кем была Сара?

Я рассмеялась, понимая, как странно, должно быть, прозвучало, что я не знала о том, что мои лучшие друзья – оборотни.

– Оборотни очень хорошо скрывают свои секреты, и даже я сама считала себя человеком, пока не встретилась с Николасом.

– Разве от них не пахнет псиной, когда они намокают?

– Джордан, – упрекнула я, и ее губы дрогнули.

Они втроем весь день поддевали друг друга, и я уже устала быть рефери.

– А потом ты узнала, что наполовину ундина, поэтому можешь вытворять всю эту безумную хрень и благодаря этому смогла снова сделать своего дядю человеком? – Я кивнула, и она выругалась. – Наполовину демон, наполовину фейри. Ну и кавардак. Неудивительно, что ты никому не рассказала.

– Я хотела тебе сказать. Правда, хотела.

Вчера я узнала, что благодаря сотворенному мной с Нейтом чуду мой секрет перестал быть секретом. Люди, прежде считавшие меня странноватой, теперь пялились открыто и то и дело замолкали при моем появлении. Судя по всему, вчера вечером Тристан собрал всех в обеденном зале, чтобы развеять все слухи и изложить им сокращенную версию правды. Я была рада, что мне больше не нужно было скрывать свою сущность, но вполне могла бы обойтись без мгновенно закрепившегося за мной статуса знаменитости.

Джордан махнула рукой.

– Нет, я все понимаю. Я бы тоже, наверное, предпочла бы сохранить это в тайне.

– Полагаю, теперь мы знаем, почему ты так нужна вампирам, – сказал Роланд. – Они, наверное, дрожат от страха, раз ты можешь превратить их обратно в людей.

– Это точно. – Питер выпрямился. – Папа говорит, вампиры ничего так не боятся, как смертности.

«Те, кто охотятся за тобой, в итоге дадут тебе силу стать той, кого они боятся больше всего».

В предсказании ведьмака Хейл речь шла не о моей способности убивать вампиров, а об умении снова делать их смертными. Но не вампиры дали мне эту силу, я родилась с ней. Или нет?

Я вспомнила, что сказала мне Эйна в тот день, когда мы встретились у озера.