Но велика ли разница с тем, что он видел в заполненных настоящими людьми городах? Те же программы, те же копии.

«Ну и как вообще жить в этом мире? Где все просчитывают выгоды, расходы и риски? — вполголоса произнес Синохара. — Как найти себе хорошую спутницу жизни?».

И лучше бы этого не делал. Приложение для знакомств — восприняв его риторический вопрос как запрос — тут же подобрала ему десять тысяч кандидатур. Почти все из них жили поблизости. Или находились в барах по всему Лондону. Кого там только не было… Но что ему до них?

Объявление: «Нежному и трепетному цветку нужен садовник». Пол не уточнялся.

Гарольд скривился. Нет уж, пусть его считают ретроградом, но для него пол почему-то по-прежнему имел значение.

Он вспомнил, как во время службы в Рамштайне зашел по ошибке, когда ездил на выходные по Восточной Германии, в ночной клуб «Веселый тракторист», выдержанный в стилистике ГДР (в странах бывшего Восточного блока она стала популярной с нуль-двадцатых годов). И как сразу унес оттуда ноги. И совсем не потому, что не любил коммунистов. Хотя это тоже было правдой.

Нет, уж пусть его считают старомодным, но ему нужна женщина, причем с вагиной.

Хотя кому он врет? Ему была нужна одна конкретная. Да, с вагиной. Но вся целиком, включая душу. Но с этим не срослось. А остальных он воспринимал просто как кусочки мяса. Многие из них приятны на вид… а может и на вкус, и на ощупь. Но все это не то. Говорят, что влюбленность идентична по влиянию на мозг подсаживанию на наркотик. Так и есть. И никакие природные или синтетические заменители ему не нужны.

Отключил приложение. Заблокировал.

Шел, куда глаза глядят. Игнорируя дождь и ветер. Не простынет. Включил форсированный прогрев одежды.

Тут было совсем недалеко, а назначенного ему времени он может дождаться и внутри. Лучше не опаздывать.

Он был почти на месте.

Старый фонарь бросал желтые отблески на лужи на старом асфальте.

Над канализационными решетками клубился пар. Гарольд готов был поклясться, что это специально так сделано. Как и живописные мусорные урны старого образца. Даже собаки на помойке и те могли быть реквизитом, уж очень непохоже их спокойствие было на поведение живых.

Некогда тут был деловой район со средней руки офисами, но после кризиса тридцатых годов и наплыва мигрантов его репутация испортилась… большинство арендаторов съехали, и здания стояли пустыми.

Теперь это место пользовалось дурной славой. Слишком близко Гетто. Белый средний класс отсюда почти весь сбежал. Теперь они только иногда приезжали в некоторые здешние заведения, такие как клуб «Заводной апельсин». Обычно сюда не приходили пешком и не прогуливались просто так.