— И тот вурдалак жалости никакой ко своим близким не имеет. Коли придет то именно близкого мучить и станет.

— И кого? — спросила одна из горничных.

— А хошь и тебя, Марфа.

Молодуха побледнела как полотно.

— А меня почто? В моей родне вурдалаков нету.

— Так и нету? А ты смекни, кто был кузнец Лукьян? А кто была жена племяша Лукьяна? Твоя тетка родная!

— Дак враки сие! — возмутилась Марфа. — Николи тетка не была родней ихней.

— Дак имя то как тетки твоей? Не Аксинья?

— Мария.

— Мария? Тогда спутал я все.

— Стало не придет вурдалак?

— За тобой? — спросил конюх. — Може и придет. Кто его знает?

— Дак не родня мне Лукьян-то.

— А они и иных пользуют.

И снова конюх пустился в разговор о вурдалаках…

***

Князь Антиох Дмитриевич сии разговоры слышал. Но ныне в них не встревал. Пусть себе слуги болтают. Запрещать смысла не было. Люди невежественные и темные. Чего с них взять?

Сватовство его к княжне Варваре Черкасской расстроилось. Слишком матушка-государыня была недовольна происшествиями в его доме. А князь Черкасский известный лизоблюд. Сразу ловил конъектуры придворные…

***

Степан Волков прибыл в дом Кантемира в санях. Кучер быстро домчал барина, ибо видел, что надворный советник спешит.