… да хрен его знает, если честно! Молчит, собака.

— … так что запираться смысла нет… — Коулмэн задумчиво покрутил головой, как будто увидел зал впервые. — Когда-то я был молод и горяч, к чему-то стремился, чего-то хотел… обычных человеческих мелочей — денег, женщин, власти… и вроде бы все получилось, но… всегда есть это но!

— Подданные взбунтовались?

— Нет, это уже следствие, — отмахнулся преподобный. — Если бы мы с самого начала не ошибались, его бы можно было избежать… вернее, к нему бы даже предпосылок не возникло. Все сложнее и одновременно проще. Восемьдесят лет назад я убедился, что в этой Вселенной нет ничего бесплатного. И еще нет ничего бесхозного, как бы нас не пытались убедить в обратном лживые Бродяги. Я ведь был косморазведчиком, знаете ли… участвовал в первых поисковых экспедициях, тогда, сразу после Войн за Наследие. Не знаю, как сейчас, но тогда мы на всех на первый взгляд заброшенных и безжизненных планетах натыкались на… что-то. Это не были разумные живые существа в общепринятом смысле, но это все равно были… хозяева. Они противостояли нам… осознанно. Не знаю, что это были за силы, но они были. Всегда. Жертвы, как правило, исчислялись десятками, а то и сотнями. На любой новой планете, при любой, самой тщательно подготовленной попытке освоения Наследия. И только потом, когда неведомые силы чужих миров насыщались кровью поселенцев, ситуация стабилизировалась. Каждый раз мы приносили жертвы на алтарь местных богов. Временами мне даже казалось, что учение про «сферы разума» вовсе не бред… потому что ничем иными объяснить те в высшей степени странные и загадочные совпадения, неизменно сопровождавшиеся многочисленными смертями, просто невозможно.

— По-моему, вы преувеличиваете, преподобный, — возразил я. — Это вполне естественный процесс. Вспомните законы Мерфи. К тому же любая экспансия, любое завоевание новых жизненных пространств всегда и везде сопровождалось большими жертвами. Что при освоении Сибири, что при освоении обеих Америк… боюсь представить, сколько бы народу заплатило жизнями за освоение Луны, а тем более Марса. Нам, можно сказать, повезло — появились Бродяги, и не пришлось набивать шишки на внутрисистемных ресурсах. Мы сразу вырвались в большой космос. И в этом наша беда…

— А вы философ, молодой человек! Жаль, что мы не пересеклись в мое время… впрочем, вас тогда даже в планах не было…

— Вы не поверите, но в планах не было даже моего папеньки.

— Тем более. Так вот, во времена оны я был бы очень рад видеть вас в числе моей паствы.

— Это вряд ли, — хмыкнул Мак. — Если бы Дэнни-бой к вам присоединился, очень скоро это уже была бы его паства. Шустряк тот еще.