При первых же звуках Мак застыл на месте, вскинув ладонь, ну и я, соответственно, тоже. Разве что Бадди не выронил, как намеревался до того — рано еще, непосредственной опасности нет.

— Хорошо воюют, — покачал головой Гленн примерно через полминуты. Накал страстей в разборке и не думал стихать, такое ощущение, что корабль атаковала лавина враждебных объектов. — Кто-то этих гавриков, — кивок на «землянина», — массой давит. Пошли, фиг ли ждать…

И то верно. Они там теперь хоть до утра могут развлекаться, нам от этого ни холодно, ни жарко. А вот если кто-нибудь с нашей стороны нарисуется… будет печально, да. И, опять же, я склонен согласиться с Маком — странно. Нас наверняка видно с корабля, не может на нем не быть системы мониторинга внешней среды. И раз нас до сих пор не расстреляли из гауссов, значит, либо не видели (что крайне сомнительно), либо на фоне остальных угроз не расценивали как реального противника (что радовало и одновременно чуток раздражало). Мы, собственно, на корабль и не собирались покушаться, нам бы свое забрать… кстати, катер на вид совершенно целый, значит, избавившись от нас, Бранка-таки договорилась с защитниками «землянина», и ее не ссадили на подлете. Этого я как раз и опасался больше всего. На Бранку, если честно, плевать, а вот Эли жалко. Привык я уже к ней, да и вообще… мы в ответе за тех, кого приручили. Не очень корректно так о человеке, но я вам так скажу: мои девицы, обе-две, как кошки, которые гуляют сами по себе. И процесс обретения с ними общего языка я с полным на то основанием могу обозвать «приручением». Хотя это в обе стороны справедливо, тут еще большой вопрос, кто кого приручил. Ладно, пофиг. Факт в том, что Элисон Баркли мне достаточно дорога. Ничуть не меньше, чем вздорная блондинка Астрид Свенссон, которая вопреки традициям носила именно эту фамилию, хотя должна быть Свендоттир. Но на это тем более пофиг. Главное, чтобы они обе на борту «Молнии» пребывали, в относительном здравии. А с бабьими тараканами как-нибудь разберемся.

— Перемещаются, — между тем заметил Мак.

К этому времени мы благополучно преодолели еще метров полтораста, все сильнее увязая в аморфеуме. Да-да, буквально с каждым шагом. А я еще и Бадди волок, который спокойно сидеть решительно не желал. Так что не удивительно, что я умудрился сбить дыхание… чего за собой, если честно, давненько не припоминал. Потому и не уловил изменений, хоть и непростительно это. Зато Гленн, что называется, бдел, и после его замечания дошло и до меня. Судя по звуку, пальба смещалась в нашу сторону, то есть по направлению к носу корабля, то бишь баку, как его называют сами флотские. Еще немного, и с нашего борта заваруха начнется… и сомневаюсь, что защитники шлюза будут разбираться, кто есть кто. Скорее, тоже будут садить очередями, создавая завесу из кинжального огня. Да и гауссы задействовать не постесняются, однозначно… про гранаты молчу. И если стрелковое оружие и термобарические взрывы нашему катеру не страшны, то гаусс-автоматы его при должном усердии вполне способны разобрать на запчасти. Вывод? Торопиться надо.