— Внимание, внимание, — разносится над площадью голос Левитана. — Работают все радиостанции Российской Империи.

С неба падает легкий снежок. Затихли трибуны, замерли шеренги войск. Бой курантов на Спасской башне разливается словно над всей землей, над всем миром. С десятым ударом мы уже все стоим на трибуне мавзолея. Олег с Татьяной — посередине, по правую и левую руку от него — все остальные…

Из ворот Спасской башни появляются всадники. Командует парадом генерал-полковник Рокоссовский, принимает парад генерал-фельдмаршал Брусилов.

Генералы объезжают войска, и динамики голосом Левитана комментируют происходящее. Над площадью летит «Здрав…жлай!… А-а-а-а!» Наконец, смотр войск окончен. Брусилов с адъютантом подъезжают к мавзолею. Он всходит на трибуну и встает рядом со мной, по правую руку. Олег чуть придвигается к микрофонам...

Император поздравляет народ России с нашей победой в 3-й Мировой войне.

На трибунах — безумство. Грохот нескончаемого «Ур-а-а!» катается по площади, отражаясь от Кремлевских стен до ГУМа и обратно. Если приглядеться, то можно разглядеть восторженные глаза на восторженных лицах восторженных гостей. «Ур-а-а!» несется над Красной площадью…

— Наша Родина идет вперед уверенно и спокойно, точно могучий корабль разрезает волны бурного океана. И нет таких сил, что свернули бы нас с выбранного пути! — спокойно и уверенно говорит император. — Мы показали всему миру, что бывает с врагами нашего Отечества, когда миллионы патриотов берутся за оружие. Подлые враги в бессильной злобе потрясали кулаками, стремясь задавить, уничтожить великую и могучую Россию. Где они теперь?

Я невольно расправляю плечи. Да, мы раздавили вражескую гадину! В Англии, Франции, Турции, Австро-Венгрии, Китае. Нам есть что вспомнить. Как начиналась эта война, когда укрепления на Сунгари и КВЖД захлебывались в крови, когда погибал, но не сдавался Тихоокеанский флот, когда войска рвались через выжженную солнцем пустыню, мечтая о глотке воды больше, чем о жизни. Как война продолжалась, когда наши полки сражались, ломая врагам хребты, и платя за победу самой дорогой ценой на свете — своей кровью и дыханием. И как она кончалась, когда мы давили гусеницами турок и англичан, когда при виде одного танка с Андреевским крестом на броне сдавались десятки французов и сотни австрийцев, когда мы мчались вперед, обгоняя бегущего врага, ротами принимая капитуляции дивизий. И в этой победе есть немалая доля моих заслуг. Оружие, корабли, танки, самолеты, ракеты, лазеры…

А Олегыч между тем продолжает: