Мия своего добилась.

Представленные даны покосились на нее с жалостью. Бывает... при хорошеньких сестричках, да такая кикимора болотная. Но вроде как не злая?

И принялись рассказывать.

Про Чудовище, про охоты, про дану СибЛевран...

Слушали все Феретти, от мала до велика. А Серена вообще подобралась поближе к дану Эмилио и смотрела на него так...

Внимание на это обратили все, кроме Джулии.

И - промолчали.

А что?

Эмилио второй сын, Серена - третья дочь, но с приданым, хорошенькая, неглупая, со связями... пока для них еще рано, а вот года через три-четыре, чего б и не приглядеться?

А пока попробовать подружиться.

Тем более, что это было выгодно обеим сторонам. Соловьем разливался Джакомо, почуявший свою выгоду. Связями прирастет, тем более, Делука не дурак, а сейчас еще и почти что победитель чудовища, может награду от короля получить.

Соловьем заливался Энрико, который четко понимал - деньги нужны всегда. И если дан Джакомо хорошо устроился в купеческой семье... Лаццо - это вам не абы кто и что, это действительно хорошие деньги.

Рафаэлло после пинка под столом, рассказывал Мии про Адриенну, беззлобно подшучивал над братом, мол, девушка с тобой ночь провела, а ты ничего и не запомнил.

Эмилио отшучивался, говорил, что теперь ему надо бы добром за добро отплатить, то есть провести ночь у постели Адриенны СибЛевран, да кто ж даст?

Серена ревновала.

Мия мечтала прочитать письмо, которое лежало у нее в кармане платья, но терпела. Пока она послушает предысторию.

И все больше и больше она убеждалась - ох, не просто так убили оборотня! Нет, не просто!

Откуда-то ж у Адриенны взялся порез на руке... она сказала, случайно, но - вдруг? В ритуале как раз кровь и требовалась. Порез дан Энрико мог бы и не заметить, но он руку дане целовал на прощание. Вот и вспомнилось...

И Эмилио, который ничего не помнит...

Была рядом с ним Адриенна? Не была?