Стоило Берзиньшу взять в ладонь древний артефакт, как его будто высоковольтным током ударило — Рахов даже не успел подхватить внезапно рухнувшего на песок друга…
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ «ДЕСЯТЬ ДНЕЙ»
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
«ДЕСЯТЬ ДНЕЙ»
Глава 1
Глава 1
12–14 июня 1941 года
Либава, «Старый город».
Либава, «Старый город».Комендант 41-го укрепрайона дивизионный комиссар Николаев.
Комендант 41-го укрепрайона дивизионный комиссар Николаев.
— Товарищ комиссар! Что с вами?!
— Серафим Петрович, вам плохо?!
Женские голоса продирались сквозь сознание, как голая рука через заросли жгучей крапивы — медленно, и еле слышно. Голова гудела растревоженным набатом, будто снова получил контузию, как в далеком двадцатом, когда его саперный взвод попал под обстрел бронепоезда врангелевцев, столкнувшись с ним посреди таврической степи.
— Помогите, товарищу дивизионному комиссару худо!
Теперь он вполне не только расслышал голос, но узнал его — то была Ольга Владимировна, жена начальника штаба артиллерийского полка из 67-й стрелковой дивизии. Сделав над собой усилие, Серафим Петрович раскрыл глаза — и через муть, что плясала волнами, разглядел встревоженное лицо молодой женщины. А еще ощутил, что сам лежит на чем-то твердом, и мучительно застонал от нахлынувшего воспоминания.
«Шел себе, посмотрел город. Сердце, словно тисками сдавило. И мозг расплющило — как невыносимо болит голова. Что со мною случилось?!»
— Возьмите товарища комиссара, — в голосе женщины прорезалась властность. — Отведите в автобус!
Чьи-то руки бережно, но сильно подхватили его под плечи и спину, и Николаев понял, что его подняли на ноги, и крепко придерживают. Вместе с этим мутная пелена перед глазами потихоньку стала рассеиваться, и он разглядел блестящий в солнечных лучах автобус, из которого высыпали детишки в белых рубашках и с повязанными красными пионерскими галстуками. А с ними трех женщин в разноцветных летних платьях, и двух краснофлотцев в белых форменках. Они и подняли его сейчас на ноги.