Светлый фон

Через пару секунд, открыв глаза, я поняла, что переместилась. После того, как я покинула Академию, я научилась управлять своими перемещениями, могла сама выбирать куда уходить, но правда только из тех мест, где была нужна моя помощь. Но сейчас… я собиралась вернуться к спокойной и счастливой жизни здесь. В моей любимой Академии.

Я глубоко вздохнула, пригладила рукой волосы, одернула футболку. Когда я шагнула на территорию замка, внутри меня всё затрепетало. С одной стороны я была безумно рада, а с другой… Хорошая головомойка мне точно предстоит. Я стала подниматься по лестнице в ректорат. Но шагала медленно, вспоминая всё, что связано с этим местом. Каждый смех, каждую улыбку своих друзей… Как же я по ним соскучилась за эти два месяца.

— Приемная комиссия на другом этаже, но вообще-то прием уже окончен, так что пробуйтесь на следующий год, — привычно проговорила текст Жевна, отреагировав на открывшуюся дверь, но не подняв глаз.

— Я тоже рада тебя видеть, — посмеялась я.

Жевна замерла и наконец посмотрела на меня. Сначала её взгляд был удивленным, потом недоверчивым, а затем радостным.

— Мирославочка, ты вернулась!

Она вышла из за своего стола и подошла ко мне.

— Ты в порядке? Мы так за тебя волновались, — она покачала головой.

А я улыбнулась и обняла её, ведь я очень рада была её видеть. Она всегда относилась ко мне с добротой и теплотой. На её глаза навернулись слезы.

— Простите, что заставила вас опять волноваться, но мне надо было разобраться в себе.

— Ой, да ничего страшного, — махнула она рукой, улыбнувшись. — Ты на совсем вернулась?

— Да. Ваша самая проблемная адептка вернулась, — посмеялась я.

— Ой, что же мы стоим. Идём, — она потянула меня в кабинет ректора.

Филарис Истархивич стоял возле стеллажа с книгами.

— Что-то не так, Жевна? — не оборачиваясь, спросил он.

— А вы ни капли не изменились, ректор, — улыбнулась я.

Да, ректор был таким, каким я его запомнила — высокий, широкоплечий, с внушительной мускулатурой, но добрым взглядом своих серо-зеленых глаз и отеческой улыбкой. Филарис Истархивич отреагировал также как Жевна.

— Вернулась, значит, гулёна? — посмеялся он.

Потом подошёл ко мне и пожал руку.

— Очень рад, что ты одумалась.