Данила Пушкин Я никто. Бойся моей тени
Данила Пушкин
Я никто. Бойся моей тени
Глава 1. Темные мысли
Глава 1. Темные мысли
Безумие это блюдо, которое едят в одиночку. Реально трудно такой закуской с другом поделится, если вы понимаете, о чем я. Да, я хочу жрать. Я люблю пожрать, и по мне это видно, не будем лицемерить. А вообще, сходить с ума это, конечно, переживание интересное. Но я бы не стал рекомендовать его, как хобби.
Разве что на работе, когда заняться нечем. Вот как у меня сегодня.
Честно говоря, тревожные звоночки звенели уже давно. Это я уже задним числом понял. Месяц назад переехал в новую съемную квартиру. Однокомнатная, совсем рядом с работой, двадцать минут пешком. Мебели маловато, но зато сдали через знакомых, очень дешево. Купил с зарплаты ортопедический матрас, бросил на пол, сплю на нем. Что мне еще надо, молодому, чтобы высыпаться. Девку, ясное дело. Но девки, они ж как геморрой. В смысле, дело наживное.
А еще во время сна люблю, чтобы тихо было. Тоже не сказать, чтобы выдающаяся особенность. И вот с этим проблемки-то на новой хате и возникли. И не в соседях дело. Среди ночи то со стола стакан на кухне упадет. То упаковочный полиэтилен в углу вдруг зашумит, будто на него кто-то с разбегу прыгнул. Сплю с включенным светом. Не помогло — вчера проснулся от того, что не могу пошевелиться. И вдохнуть. Кошмарное чувство. Хочется кричать, а не можешь — ни единая, сука, мышца не двигается.
Думал все, сдохну. Но нет, замычал, заворочался, кое-как сбросил жуткое оцепенение. Отдышался, сел на матрасе, осмотрелся — свет горит, никого нет. Даже кота. Так и должно быть — хозяйка домашних животных запрещает. На часах три часа и три минуты.
Только под утро забылся тяжелым, чутким сном. На работу, конечно же, проспал. Не сильно опоздал — минут на полчаса всего. Но если уж не везет, то по крупному — вместе со мной к офису подошел шеф. Надо было вперед юркнуть, может бы и не заметил. Но я ж воспитанный. Дверь открыл, дождался. Он увидел, что ему дверь кто-то держит, засеменил, заторопился. Поскользнулся, смешно ноги вперед выкинув, но не упал. Сентябрь, ночью ледок намерз. Шеф наконец добрался до двери и увидел мое лицо.
Тоже не выспавшийся, хмурый такой. Посмотрели мы друг на друга. Я сдуру улыбнулся. А он злой. Шеф моложе меня года на три. По идее, он только институт должен закончить. Выглядит он, конечно, посолиднее, ухоженнее. А рожа опухшая. Кто ему и что именно этой ночью не душил, не знаю. Однако подозреваю, с ним как-то иначе было, не так как у меня.