Щелкнул выключатель, и комнату залил свет.

– Рота, подъем!

Сэм зажмурился и потер глаза. Спать на полу ему не улыбалось, но единственный диван по общему согласию предоставили Кармелите, сестре Хосе. Да и мягкий ковер в лунном тяготении оказался почти как матрац.

Сэм сел. Рядом с таким же огорошенным видом тер глаза Хосе.

На той половине комнаты с пола поднялся Джейк – еще один новоприбывший, соблазненный вчерашней агиткампанией Джима. С непривычки к низкой гравитации его повело.

Встрепенувшись у Сэма в ногах, Тара высунула нос из-под одеяла и засеменила к миске с водой, которую поставили вчера ночью. Одеяло поползло за ней – Сэм, ойкнув, ухватил конец.

Тара, глядя на хозяина, с зевком потянулась.

Так, а где… А, вон, Кутц и Джеб свернулись в углу. Оба сонно глядели в ответ, отказываясь шевелиться.

Сэм огляделся по сторонам. Приютивший всех Джим так и стоял у двери за спиной, положив руку на выключатель.

– Как жалко, что Нью-Мексико и Техас не сводят школьные сборные на футбольном поле.

– В смысле?

– Всем, кто поднимает меня в такую рань, намять бы бока.

Джим ухмыльнулся.

– После кофе будешь как новенький. Я уже варю.

– А-а! – Сэм хлопнул себя по лбу. – Это же мой родной брат, нас в детстве разлучили! Не признал. Если кто обидит, только свистни.

Джим в шутку взял под козырек и оглядел остальных.

– Вижу, все проснулись. Скафандра никто в глаза не видел и при одной шестой земного тяготения не стрелял, да? Освоите по ходу дела, а то, говорят, самая жесть не за горами.

В дверях он напоследок оценил двухметрового Сэма взглядом.

– Чувствую, «горгулья» будет тебе в самый раз. Закажем в какой-нибудь свободной мастерской.