Перекрывая вопли толпы, глашатай объявил следующего:
— Участник под номером пять: представитель племени маджаев — Альтаир, двадцать девятый уровень!
Крики зрителей постепенно сошли на нет. Я обернулась в сторону ворот. Никого. Ну же, Альтаир, где ты там? Когда мы все только собирались перед выходом, я заметила, что маджай выглядел неважно. Его неестественно бледное лицо поблёскивало капельками пота, сжимающие поводья руки чуть подрагивали. Похоже, они с Няш-мяш вчера пили не один лишь сок. Или она его?… После сегодняшнего предложения милой Няши я уже и не знаю, что думать.
— Участник под номером пять: представитель племени маджаев — Альтаир! — повторил глашатай.
И снова никого. Проклятье! Зрители зароптали, многие из них поставили на Альтаира, а тут такая подстава.
— К сожалению, участник под номером пять выбывает из гонки. Следующий участник под номером шесть: представитель народа гиксосов — Бензол, девятнадцатый уровень!
Ждать Альтаира или выяснять, что с ним случилось, никто предсказуемо не стал. Не вышел вовремя — вини только себя. Затмение это затмение, его отложить нельзя даже на несколько секунд.
Няш-мяш выезжала последней. Она улыбалась, но была это ли улыбка злорадства или же обычной вежливости, понять сложно.
Наконец все шесть участников одиночного заезда и семнадцать команд выстроились прямо напротив фараона. Он восседал на приличном возвышении рядом с номархом Блондинкой. Лицо девушки сияло безграничной гордостью и удовольствием. Это не «Машинити», это она сделала гонку такой, какой мы её сейчас видим. Псевдоискусственный интеллект наделил номарха просто огромными правами.
Едва тень луны коснулась солнечного диска, начали утекать привычные силы, оставляя в теле чувство уязвимости.