— Все будет, добрый господин! — Заверил он вслух, хотя, по совести сказать, больше всего желал, чтобы странный человек развернулся и тот час покинул заведение.

К великому сожалению трактирщика, посетитель имел совершенно противоположные тому планы, что и доказал делом, спокойно выложив на стойку несколько монет.

О, многое он был готов сказать о человеке, лишь потому, как тот расстается с деньгами. Гость явно был из служивых. И деньги тратил с равнодушностью казенного расчета. Просто выложил и все. Забыл. Списал.

Никак не соответствует подобное поведение путешествующему в почтовой карете страннику. Даже курьер, расплачиваясь деньгами господина, нет-нет, да и проводит взглядом исчезнувшую в чужом кошеле серебрушку. А этот вообще никак! Спросил только: "Этого хватит?".

И в тот миг Ольгден сделал то, чего ждать от него можно было примерно как снега посреди жаркого лета. Аккуратно сграбастав примерно четверть суммы так, чтобы получилось более чем достаточно (все-таки СОВСЕМ не посчитать в свою пользу ему жаба не позволила!), он оставил на столешнице остальное со словами:

— Этого хватит, добрый господин!

Мужчина пожал плечами и сгреб оставшиеся в карман. Все так же равнодушно.

— Тот стол! — Ткнул он в место у окна.

Вообще-то, это было место Дорба, промышлявшего порой на местных дорогах делами не столь благовидными. Однако пока прямых доказательств не имелось, трактирщик счел, что его монеты ничуть не хуже других.

Тот и возмутиться может! Однако отчего-то Ольгден, взвесив на невидимых чашах весов возможные последствия, решил, что с разбойниками договорится будет проще. Пусть и при помощи Дуболома.

Очень уж не понравились трактирщику руки незнакомца. Сильные с длинными ловкими пальцами ладони были чистыми. Ногти тщательно приведены в порядок, не оставив и следа "траурной каемке"… Нет, все это неспроста!

Кстати, трактирщик совершенно не удивился, когда через четверть этого новомодного благодаря иноземцам часа на пороге его заведения возник прилично одетый господин, что вполне соответствовал определению "путешествующая знать". Такое случалось. И нередко. Вот только Ольгден сильно сомневался, что подобный персонаж подсядет к "обычному страннику".

Меж тем, так оно и произошло. И чего тут удивляться, что говорили они на языке пришельцев.

— Твоя следующая цель — Вавилов Роман Игоревич. Скаут. Вся информация здесь.

С этими словами "знатный" протянул вполне соответствующую местным представлениям о прекрасном кожаную папку "страннику".

Тот тут же убрал ее со стола.

— Никак опять русский? — Поинтересовался тот.